Она вылезла из-под одеяла и подошла к нему вплотную. Обнажённая и доступная. Его прекрасная Кукла. Надо заметить, что на Хозяина этот жест подействовал мгновенно и он, забыв о предыдущем разговоре, притянул девушку к себе. Невидимое пламя обожгло кожу, а глаза потемнели от возбуждения.
— Куколка моя, — он потянулся к ней за поцелуем, но был проигнорирован.
София играла с ним. Давила на больные места, нажимала на волшебные кнопочки, расположение которых знала лишь она одна. Это срабатывало и раньше, правда, тогда то, что она просила было не столь важным.
Сейчас же, речь шла о человеческой жизни. И она не имела права проиграть.
— Решила шантажировать меня телом? Неэффективно и неразумно.
Он оттолкнул её и развернулся к выходу, намереваясь выйти в коридор и что-нибудь там разбить, к чёртовой матери."
"— Тогда почему ты просил меня отпустить прошлое, если сам не хочешь этого делать? Может уже достаточно убийств, Тай? Как ты собираешься начать новую жизнь, если продолжаешь совершать старые ошибки?
Робертс замер в дверном проёме.
И ведь нечего возразить. Она права. Отпустить прошлое. Забыть. Это же его слова.
— Ты забыла, что этот мудак пытался нас убить?
— Он спас моего брата. И он человек. Он тоже заслуживает быть прощённым.
Кто же не мечтает о прощении? Уж Робертс знает это не понаслышке. Нет, ему не жаль Оливера. Ни грамма. Но разве может он рисковать своим счастьем ради какой-то мести? Убей он Мартина и София больше не поверит ему. Он не может потерять её снова, когда всё начало налаживаться.
— Хорошо. Я отпущу этого ублюдка. Обещаю, — Тайлер хлопнул дверью прямо перед носом Софии.
Эпилог
— Тай! Проснись! Пожалуйста! — София, что есть сил, трясла супруга за плечо, второй рукой сжимая край одеяла.
— Что, малышка? — он вскочил, словно ошпаренный. — Началось?
Если бы не было так больно, то было бы невыносимо смешно видеть Тайлера Робертса таким… Растерянным.
Мужчина носился по комнате в поисках одежды. Казалось, он готов к этому, столько месяцев мысленно проживал этот момент и тут, на тебе…
— Держись, малышка.
Всё будет хорошо, — спокойным, но уж очень фальшивым голосом твердил ей Тай, спускаясь по лестнице с беременной женой на руках.
Правда, София сейчас волновалась в стократ меньше его.
— Больно? — он участливо заглянул в лицо возлюбленной, посадив ту в автомобиль.
— Нет, уже всё хорошо, — весело отозвалась девушка, но через секунду её лицо искривила гримаса боли.
