Посмотри вокруг, ты же чужая на этом празднике жизни!»
Словно уловив нервозность Софии, Робертс нахмурился:
— Я хотел снять весь зал для нас двоих, но потом подумал, что ты будешь не против побыть среди людей.
— Спасибо… — и снова ступор. Что здесь происходит, чёрт возьми?
— София? — он взял её за руку, пытаясь успокоить. Девушка же, от удивления открыла рот. Он впервые назвал её по имени. Здесь определённо что-то не так…
— Зачем я здесь? — тихий дрожащий голос.
Она не думала, что будет так сложно, когда прихорашивалась у зеркала.
Девушке казалось, что все смотрят исключительно на неё одну и… Смеются?
— Да что с тобой? — Робертс повысил голос, привлекая её внимание.
— Я просто не бывала раньше в таких местах…
— Всё хорошо. Тебя никто здесь не съест, — он пальцами сделал знак официанту и тот, словно только этого и ждал всю свою жизнь, подбежал с бутылкой красного вина.
Дав Софии время, чтобы немного придти в себя, Робертс улыбнулся и положил на стол перед ней продолговатую коробочку.
— Что это? — и снова настороженный взгляд.
Да, она знала, что идёт в ресторан. Знала, что будет там смущаться и нервничать. Но была готова с этим смириться, ведь думала, что это очередная блажь Хозяина, которую легче исполнить, чем понять.
Сейчас же, девушка видела, что сие торжество устроено в её честь. И это пугало.
— Открой, — прошептал мужчина.
Робертс внимательно изучал свою Куклу, такую свежую и юную, чистую и нежную. Длинные волосы спадали буйным водопадом по плечам, а грудь часто вздымалась от прерывистого дыхания.
Взгляд его тёмных очей раздевал, ласкал, трогал её в самых интимных местах.
Так хотелось подхватить её на руки, заставить обвить ножками его талию и войти в неё. Так резко, чтобы она выгнулась и закричала от страсти. И пусть все эти напыщенные индюки изойдут слюнями, сдохнут от зависти, наблюдая, как он владеет своей прелестной Куклой.
Что тут скажешь, он никогда не считал себя психически уравновешенным человеком.
— Как красиво! — выдохнула София, лаская тоненькими пальчиками изысканный браслет. Умелые руки ювелиров придали изумрудам подходящую им огранку, а блистательным бриллиантам — холодный, чистый блеск и изящный дизайн.
Камни, которые раньше София видела только на длинноногих девушках-моделях, да и то на картинках, ослепляли своим блеском и пугали таинственной красотой.
— С днём Рождения, малышка, — он поймал взгляд зелёных глаз.
