А что же ты к нам пришла без подарков? Некрасиво как-то, — запах перегара ударил в лицо Тайры и та, с остервенением толкнув дверь, прошла мимо остолбеневшей от подобной наглости Амелии.
— Где София? — вопрос прозвучал так требовательно, что горе-мать решила капитулировать.
— Там, — Амелия указала на дверь комнаты и Тайра быстро зашагала к ней.
— Милая? — женщина тихо вошла в спальню, стараясь не пугать и без того несчастную девочку, — София?
Дамская сумочка выскользнула из её рук и с глухим стуком упала на пол.
Девушка лежала с закрытыми глазами. Её лицо и шея были расцарапаны до крови, а губы искусаны. Кожа побледнела, а щёки впали.
— Девочка моя! Что эта дрянь с тобой сделала?! София, очнись! — женщина трясла бедняжку за плечи, пытаясь хоть как-то привести её в чувство.
— Миссис Джонсон, — брюнетка тепло улыбнулась и снова потеряла сознание.
Полная грудь плавно покачивается перед лицом мужчины.
Тайлер сжал бедра девушки и с силой натянул ту на себя.
Её томные вздохи раздражают его.
Вовсе не тот голос, который он хочет слышать. Не те изгибы. Не те волосы."
"Он не хочет смотреть на лицо стриптизёрши, закрывает глаза, представляет Софию. Она улыбается и тихо шепчет: «Тай».
— Кукла, девочка моя, — он поднимается и за считанные секунды девушка оказывается под его крепким телом.
— Я буду, кем ты пожелаешь, — шепчет Ванесса, тянется к его губам, — Я твоя Кукла…
— Заткнись! — он останавливается.
Его Куклой может быть только Она. Его чистая, нежная София.
— Что не так, мистер Робертс? — обиженно восклицает девушка, когда он, покинув её разгорячённое тело, поднимается с дивана.
— Проваливай, — грубый тон, губы сжаты в тонкую линию.
Девушка одевает трусики и пулей вылетает из кабинета шефа.
Он зарывается пальцами в свои волосы и с глухим рычанием опускается на диван. Что она сделала с ним? Почему её образ не выходит из его больной головы? И что, чёрт возьми, ему со всем этим делать?
Противный, слишком громкий звонок мобильного вырывает его из плена воспоминаний, что так сильно, до боли терзают сознание.
— Слушаю! — если бы звонивший был подчинённым Робертса, то непременно умер бы на месте от страха.
— Я очень надеюсь, что ты уже протрезвел! — голос женщины не терпит возражений и где-то на подсознательном уровне, Тайлер осознаёт, что пить ему больше совсем не хочется. Ставит бокал на стол.
— Тайра, я прошу тебя, давай отложим твои нотации до лучших времён.
