Они обе были готовы сражаться насмерть, и ни одна из них не отступит.
Это был конец игры.
Затем Рамона решительно направилась к заводу.
И всё стало меняться так же, как и в парке. Реальность искажалась, и она почувствовала запах дыма. Да, густой, едкий дым горящего города. Она услышала что-то вроде приглушенного взрыва, и фабрика перед ней буквально раскололась, извергая языки пламени и огромные клубы пепла.
Все началось здесь. Пожар начался здесь, на фабрике, и перекинулся на город. Вот что случилось на самом деле.
Она никак не могла этого знать, но была уверена: всё началось здесь, и она видела это. Что бы там ни говорила миссис МакГиннес, всё началось не в городе. Все началось с завода."
"Небо над головой было освещено красным сиянием, и волны жара накатывали на неё. Деревья по обе стороны дороги вспыхнули ярким пламенем. Поле горело. Фабрика была охвачена языками пламени, и она слышала крики людей. Она оглянулась и увидела, как сзади горит город. Это был неимоверно мощный пожар, больше похожий на огненный шторм.
Она снова перевела взгляд на фабрику. Та была полностью разрушена, высокие стены огня достигали небес. Раздался ещё один взрыв, а затем ещё один из её пылающего чрева, и с неба посыпались обломки горящего дерева, тлеющие кирпичи и раскалённые куски металла. Фабрика испускала дух, и вот что она извергала в предсмертных муках.
Жар был достаточно сильным, но Рамона продолжала идти, не обращая на это внимания. Она двигалась сквозь тлеющий пепел глубиной в четыре дюйма, обходила горящие обломки фабрики, отмахиваясь от клубов дыма.
Раздался ещё один взрыв, и ещё больше обломков посыпалось на поля пепла. Сначала она решила, что это части трупов, но это были не трупы, а части кукол и манекенов. Она видела ухмыляющиеся оплавленные лица и почерневшие головы, конечности и тела. Вещи, приваренные друг к другу невообразимым жаром, человекообразные каркасы, чья пластиковая и восковая плоть пузырилась и стекала. Вдруг она поняла, что крик, который она услышала, был не криком людей, а криком самих кукол.
.. их обугленные и покрытые волдырями рты кричали в ночи, мучимые общей агонией.
Но куклы не могут кричать. Манекены и куклы не чувствуют боли, - сообщил ей голос разума. Но я их слышу…
Потом ... всё начало исчезать, лишь фабрика вокруг неё осталась лежать в руинах. Почему ей это показали? Но ответов не было, поэтому она просто перестала задавать вопросы и приняла всё как есть.
