Су-Ли, конечно, сделала бы то же самое, если бы у неё не пропал голос, и в ее лёгких было достаточно воздуха.
Вуду люди были живы и двигались.
Они не делали ничего угрожающего. Они просто делали вид, что обедают, подражая тому, что делали при жизни. Они подносили ко рту бутерброды, ложки супа и чашки кофе, словно в насмешку над едой и питьем, на что были неспособны, ведь их губы были зашиты. Один из них даже читал газету, а двое других вели оживлённый, но молчаливый разговор лицом к лицу. Звенели чашки, стучали вилки.
Наливали кофе и нарезали жареный стейк из курицы. Это было похоже на какую-то причудливую пародию на жизнь. Они были мимами и ничем больше. Это могло бы быть мрачно-комичным, если бы не то, как они выглядели и сама природа этого места.
Лекс и Су-Ли молча наблюдали за ними.
Похоже, они мало что ещё могли сделать.
- Я думаю, мы можем пройти через дверь, видим мы её или нет, - сказал Лекс. - Давай попробуем. Это безумие, но стоит проверить.
Су-Ли была просто вне себя. Было очевидно, что она не знала, о чём думать, но также было очевидно, что она полностью доверяла ему.
Он многое повидал, и это придавало ему сил.
Они вместе повернулись и потянулись к зеркальному окну, веря и в то же время не веря.
Позади них ... всё стихло.
Дерьмо.
Они повернулись, а вуду люди прекратили свои занятия. Очевидно, представление закончилось. Все они были полностью неподвижны. Кофейные чашки застыли в воздухе, как ложки и вилки. Парень в одной из кабинок поднёс ко рту недоеденный гамбургер.
Когда он выпал из его пальцев, парень, казалось, не заметил этого.
Лексу это не понравилось.
Что-то должно было произойти.
Что-то ужасное.
А затем, как будто закусочная знала, что он ожидал этого, вуду люди медленно повернули головы. Все они уставились на Лекса и Су-Ли своими блестящими глазами-пуговицами.
- К чёрту всё это, - сказал Лекс.
Он повернулся к ним спиной и подошёл к зеркальным окнам. Протянув руку, он прижал кончики пальцев к стеклу и увидел, что они остановились на стекле.
И всё же, хотя он видел, как они остановились, он чувствовал, что дверь, которую он не мог видеть, сдвинулась на дюйм или два.
Послышался шорох, и он заметил, что все посетители поднялись на ноги.
Они шли толпой.
Он бросил ещё один взгляд назад, и да, они действительно приближались... только все они были в огне. Не просто горели, а плавились, как восковые манекены. Глаза дымились и пузырились, сочась из глазниц. Носы и губы сползли с лиц.
