Упала ещё одна рука, потом ещё одна. Чья-то нога опустилась и застучала по тротуару. Затем рука, другая голова — на этот раз пустая, катящаяся, как мячик, в её сторону.
Шёл дождь из кукольных частей.
Ещё одна голова упала рядом с ней. Женская голова с грязными светлыми волосами. Она чуть не задела Рамону. Она катилась по тротуару, кровь с булькающим звуком вырывалась из её рта.
Но это невозможно, сказал голос в голове Рамоны. Это всего лишь голова манекена, а манекены не кровоточат, они неживые и не могут кровоточить, потому что они не живые, не живые, не живые…
Но оно было живым.
Забрызганное кровью лицо дёргалось, рот пытался произнести её имя, и она знала это.
Части кукол теперь падали повсюду. Некоторые из них разбивались при ударе, но большинство остались целыми. Рамона стояла, слушая, как они падают вокруг неё, не зная, что делать. Она должна выбраться отсюда, но в каком направлении ей бежать? Чем дольше она колебалась — весь этот дождь частей тела продолжался меньше минуты — тем больше конечностей и голов скапливалось вокруг.
Лишь там, где она стояла, ничего не падало, но вскоре она будет поймана в ловушку на своём маленьком островке в океане живых частей тела.
Головы выкрикивали её имя. Ноги прыгали в её направлении, руки ползли, а кисти двигались, как пауки-альбиносы.
В нескольких футах от неё упала женская голова и покатилась в её сторону. У неё были выпученные белые глаза и взъерошенные рыжие локоны, челюсти открывались и закрывались.
- РАМОНА, - взвизгнула она. - РАМОНА! РАМОНА! РАМОНА! РАМОНА!"
"Рамона закричала, не в силах больше сохранять спокойствие, когда ещё больше голов покатилось к ней, выкрикивая её имя.
Что-то ударилось о её плечо и вцепилось в него. Кукольная кисть, горячая и дряблая. Её пальцы вонзались в плоть, когда она поползла к горлу. Рамона сорвала её и отбросила. На неё свалилось ещё что-то. Маленькие существа, которые извивались в её волосах, как черви. Снова закричав, она вырывала их вместе с прядями волос. Это были пальцы. Они ползали по её голове, один из них скользнул по шее и пополз вниз по спине.
Она извивалась, вырывая пальцы из волос и отшвырнув один из них, который пытался влезть ей в рот. Она боролась, визжа от ощущения как другой палец прокладывал себе путь в ложбинку между её грудями, а тот, что шёл вдоль спины, добрался до её узких джинсов. Опустившись на колени, забыв обо всём остальном, она расстегнула молнию на джинсах и стянула их, схватив палец, который пытался попасть в её прямую кишку.
