Куколка в подарок

Я тогда пойду руки вымою, они в перекиси и крови.

Девчонка быстро улетает, даже не давая осознать. Петарда. Смотрю ей вслед, усмехаюсь. А после двигаюсь в столовую. До чего докатилась моя жизнь? Ужинаю с тем, кого не сильно уважал.

С Воронцовым у нас натянутые отношения. Просто повелось, без особых причин. Он недолюбливал меня, я – его. Стабильность, мать его. Сейчас же всё переворачивается, а я не успеваю подстроится.

– Куколка уедет, переговорим с нашим гостем, - занимаем места, как в прошлые разы. По одной стороне, между нами свободный стул – для Ани.

– Я думал, что можно устроить ему одиночный номер.  На несколько дней, без особых разговоров.

– Неплохая идея. Ты слишком кровожадный для того, кто призирал меня за криминал.

– Любой способ игры подойдет, если это касается Анны.

– И что меня касается? Хватит замолкать, когда я вхожу в комнату. Это невежливо, а ещё обидно.

Не знаю, что случилось с девчонкой за эти дни, но мне нравится.

Сейчас Аня улыбается, искреннее и широко. Фыркает себе под нос, а после усаживается напротив. Аккурат напротив нас с Давидом, подпирая подбородок ладонями.

– Ну?"

"– Ничего. Лучше расскажи, как в универе дела.

Переглядываемся с Воронцовым, пока девушка действительно начинает рассказывать. Чуть несмело и тихо, но мне нравится её голос, в любом исполнении.

И продолжаем наш «диалог».

Сваливай, Литвин.

Хрен там, сам выходи из этих отношений.

Не дождешься. Я выдержу, а ты?

Посмотрим, кто сольется первым – выбывает.

Всё, как в первый раз Анны. До конца, пока у кого-то не сдадут нервы.

*Мухаммед Али – известный боксер.

Глава 36. Аня

– Вы меня смущаете, - шепчу, когда домработница подает первое блюдо. Дожидаюсь когда мы останемся только втроем. – Хватит так смотреть, пожалуйста.

– Как? – Давид едва наклоняет голову, специально даже не моргает. – Словно хочу тебя трахнуть? Это правда.

– Давид!

– С каких пор честность порицается?

– Когда ты говоришь такое, ещё и за столом. Алан, ну скажи ему.

– Не думал, что паду так низко. Но я согласен с Воронцовым. Что плохого в правде?

Поджимаю губы, не зная, куда девать губы. Они теперь сговорились? Специально, чтобы довести меня до припадка? Знали бы мужчины, как сегодня мне было сложно притворяться смелой.

И Диму отвести подальше, не зная, что будет дальше.