– Одна бабуля у нас всем ребятам постоянно рассказывала про серого человека, который давным-давно убил кого-то и сумел перевести стрелку на своего приятеля, невиновного. А тот не сумел доказать, что никого не трогал, и покончил с собой. Мужика где-то зарыли, родственники его уехали неведомо куда. А настоящий преступник спустя много-много лет умер. Но нет ему покоя, ходит везде, ищет, кого в ад с собой утащить. Когда тысячу человек соберет, дьявол его своим помощником сделает. Ох и страшная история! Один раз побежала на станцию.
Там ларек со всякой лабудой стоял, а мне на день рождения мама денежек подарила. Купила себе подарки, помчалась назад. Темнеть стало, да я не из трусливых и сто раз по той тропке туда-сюда носилась. И вдруг! Вижу! Сбоку человек! Темный, руки ко мне тянет! И все! Больше ничего не помню. Открываю глаза – я дома, рядом мама и дядя Коля, сосед наш. Он, оказывается, на станцию ушел, да приспичило ему пописать. Лес, народу никого. Дядя Коля от тропинки чуть отошел, делом занялся. И вдруг я! Глянула на мужчину и упала без чувств.
Мама потом бабке-рассказчице так вломила за то, что ребят пугает! А у меня вон!
Фаина задрала рукав кофты.
– Шрам на всю жизнь! Предплечье поранила. Долго не заживало. А шрам потом получился в форме буквы «о», странный такой.
– Народ у нас с отличной фантазией, поэтому русские народные сказки самые интересные и порой жуткие, – заметила я. – Когда училась в институте, нам велели изучить те, которые собрал Афанасьев. Но не в адаптированном варианте, а в оригинале.
Я их вечером начала читать, потом ночь не спала, боялась ногу из-под одеяла высунуть.
– Бабульки любили внуков пугать, – рассмеялся дедушка. – Моя бабушка, Анна Савостьяновна, говорила, что в буфет нельзя лазить, а то пугало в огороде оживет и меня сожрет. Я лет до десяти и чучела боялся, и к горке с продуктами близко не подходил. Потом ребята постарше объяснили, что там, на полках, мед, варенье, вкусного много, вот детей и отпугивают. Залез в шкаф-посудник, когда Анна Савостьяновна в баню ушла.
Уж наелся всего, так наелся! На полжизни потом охоту отбило сладкое есть.
– Психологи говорят, что родители, которые про ужасы рассказывают, превращают малыша в психбольного, – высказалась Фаина. – Вот Рабкина старуха…
– Кого? – переспросил дедушка. – Бабкина?
– Рабкина, это муж мой.
– Интересная фамилия, – пробормотал дедуля. – Раб, значит, чей-то. А звать как?
– Егор.
– По отчеству?
– Кузьмич.
– Хорошее имя Кузьма, – проскрипел наш спутник.
