Куликовская битва

– Эмир Мамай, блюститель трона в Сарае, хочет напомнить князю московскому, что ярлыком тот владеет уже много лет, но дань в Орду не шлет, – заговорил старший посол, исподлобья поглядывая на Дмитрия Ивановича. – Дальше так продолжаться не может. Либо московский князь возобновляет выплату дани, либо Мамай объявляет ему войну!

Дмитрий Иванович в ответ на это смиренным голосом заявил, что он-то готов выплачивать дань, но не знает кому.

– Того хана, что вручил мне ярлык, давно нет в живых, – молвил Великий князь. – Ему на смену пришел другой хан, но и тот года не просидел на троне – убит был.

Пока мы у себя дань собираем, в Орде одна замятня сменяет другую, один хан убивает другого. Мало того, купцов наших в Орде грабят, а жаловаться некому. Ханам ордынским не до того вот уже сколько лет, они друг друга режут.

– Мы полагали, Мамай наведет в Орде порядок… – вставил боярин Тимофей Вельяминов.

Мурза Тулубей резко перебил его:

– Мамай уже навел порядок! Вся Золотая Орда отныне в его власти!

– Вот и славно! – улыбнулся Дмитрий Иванович.

 – Как соберем урожай, велю отправить в Сарай дань со всех русских городов, как было заведено при отце моем и дяде.

– Нет, князь! – надменно повысил голос Тулубей. – Этих подачек нам не нужно. Мамай повелевает тебе отныне платить дань в том размере, в каком платил хану Узбеку твой дед Иван Калита.

– Чтобы собрать такую большую дань, посол, потребуется вдвое больше времени, – развел руками Дмитрий Иванович. – Многие князья просто откажутся платить дань по старине, ведь предки наши дали большой откуп в Орду серебром и мехами, добиваясь снижения подушной подати.

Ханом Бердибеком был установлен нынешний размер дани. Мы согласны платить дань в Орду только по новому укладу.

– Нет! – сердито рявкнул Тулубей. – Мамай говорит тебе, князь: или ты платишь дань по старине, или – война.

– Зачем воевать, ежели можно договориться, – вкрадчиво промолвил боярин Федор Свибл, потирая свой красный нос. – На войне Мамай много не выгадает, с разоренной Руси и взять-то будет нечего!"

"– Вот именно! – поддакнул рыжебородый Иван Квашня.

Однако послы татарские упрямо стояли на своем: если московский князь хочет избавить свою землю от разорения, он должен увеличить размер выплачиваемой дани вдвое.

– Передай Мамаю, посол, что на такие условия я не могу согласиться, – с притворно-печальным вздохом сказал Дмитрий Иванович, – но и воевать с Ордой не хочу. Пусть лучше Мамай примет верное решение – согласится на прежний размер дани.