Кулинарный детектив

Так она называла своего бывшего сокурсника Колю Шаповалова. По воле судьбы и случая они после вуза очутились в одном офисе, заняли места за соседними столами, да так и зависли там на десять лет.

Нико, как и она, был одиноким. У него не было постоянной девушки. Разочаровывались после второго свидания друг в друге, как он объяснял.

– Она мне не подходит для серьезных отношений. Я не подхожу ей, – пояснял он Валечке утром в понедельник.

Свидания у Коли обычно случались в пятницу, продолжались в субботу, а уже в воскресенье он был абсолютно свободным от обязательств молодым человеком.

Это его слова.

Валечка подозревала, что именно Нико не желал продолжать отношения и не был готов ни к чему серьезному. На его телефон приходило много сообщений и поступало звонков с просьбами о встречах. Шаповалов отшучивался, обещал что-то туманное и сливался.

– Мне рано! – отвечал он на обычное Валечкино: «Жениться тебе надо, барин». – Я еще очень юн и необуздан.

И это при том, что им было по тридцать три года! Шаповалову уже исполнилось.

Ей должно стукнуть через полгода.

– Займись лучше своей личной жизнью, Валечка. – Так он всегда ее называл. – Твое хмурое лицо заслоняет солнце!..

Сейчас солнце плавало в каждой литровой банке с вареньем. Оно плавило сахарный сироп, прокладывало искрящиеся ходы между апельсиновыми дольками, кралось тонкими лучами за пузатым стеклом. И это было…

– Действительно, красиво! – неожиданно воскликнула Валечка.

Она тут же потянулась к телефону, сфотографировала варенье и отослала фото Нико с вопросом: «Хочешь?»

Он не отозвался сразу.

Оно и понятно: утро воскресенья. Мужчина двух свиданий, так его называла Валечка, отсыпается. После пробуждения ему долго нужно приходить в себя. Принимать душ, завтракать чем бог послал. Пить чай или кофе. Но поскольку к утру воскресенья запасы у него обычно иссякали и пополнялись лишь в воскресенье вечером, то на чай или кофе Нико спешил к ней. Иногда и завтрак требовал. Не очень настойчиво, по-дружески, но все-таки.

Валечка встала с мягкого кухонного стула, подошла к плите. На ней еще стояла огромная алюминиевая кастрюля с выпачканными вареньем боками. Ее следовало отнести в ванную, залить водой и вымыть. А потом отвезти обратно на дачу, доставшуюся Валечке, как и кастрюля, от той же бабушки.

Неожиданно для самой себя она запустила в кастрюлю руку, провела пальцем по липкой стенке, облизала палец. И тут же обнаружила, что варенье бесподобное. Не горчит нисколечко.