Все ушли на обед, а Калугин остался лежать связанный в кабинете. Оперов не было примерно полчаса. За это время Калугин ни разу не пытался высвободиться. Он не мог, так как не было сил, тем более в такой позе сделать ничего невозможно. Он пользовался моментом чтобы отдохнуть. Калуга лежал и думал о том, как свалить отсюда, но куда ты сбежишь? Никуда.
— Ну как дела осужденный Калугин? — спросил вошедший в кабинет после обеда Шмаров.
— Гражданин начальник я всё понял. Больше не повторится. Дайте мне время, я буду собирать информацию.
— прохрипел лёжа на полу Калугин.
— Другое дело. Только зачем ты до этого довёл, чтобы пришлось тебя пиздить как собаку?
— Я первый раз в такой колонии. Наверно к местному порядку ещё не привык.
— Так привыкай быстрее, а то здоровья у тебя не хватит. Да и у меня нет столько времени каждого из вас учить порядку. Учитесь сами на примере других.
— Гражданин начальник дайте время и всё будет нормально.
— Вот сначала напишешь мне про своих соседей, а потом всё будет нормально. Понял?
— Понял, понял.
Сейчас напишу.
Шмаров развязал верёвку и расстегнул наручники на руках и ногах Калугина. Калугин, держась за стену, кое как встал. Шмаров складывал в шкаф верёвку, наручники и что-то бубнил под нос. Надо уехать в больницу, подумал Калуга, но сначала нужно покалечиться. А как? Как одним разом сделать так, чтобы увезли по скорой? И он, недолго думая, рванул щучкой в окно. Стекла разлетелись вдребезги, и Калугин исчез в окне.
— Долбоёб. — спокойно сказал Шмаров и подошёл к разбитому окну.
— Там же сетка.
Шмаров выглянул в окно и увидел на сетке рабице между первым и вторым этажом лежащего Калугина. Он был уже весь в крови. План Калугина не удался, он не знал, что под окнами Шмарова находится прогулочный дворик. Сверху него была сетка рабица из мелкой ячеи. Она нужна, чтобы не было возможности что-либо закинуть в этот дворик, ну или выкинуть из него."
"— Ну что гнида, как тебе там? — ухмыляясь спросил Шмаров. — Далеко собрался из подводной лодки бежать?
Калугин лежал на сетке рабице и стонал от боли.
У него болело всё тело от экзекуций в кабинете, а тут он ещё порезал руки и лицо разбившимися стёклами. Он смотрел вниз сквозь сетку на трёх изумлённых зэков. Они ждали в дворике свои плановые воспитательные беседы и в шоке молча смотрели на упавшего сверху Калугина. Каждый из них представлял себе, что сегодня начали воспитывать по-новому. Шмаров громко поливал Калугина матом и смеялся над ним, что ему не удалось уйти от правосудия.
