Купе смертников

Не знаю, как вам это объяснить, но я точно знаю…

Инспектор, которого звали Грацциано, поднялся, закрыл свой блокнот на железной спиральке, заложив карандаш между страницами. Зачем ему этот блокнот? Он почти ничего не записал. Теперь, стоя перед ней, он казался еще выше, еще костлявей: огромный скелет в пальто с потертыми рукавами, с бледным измученным лицом Пьеро.

— Другой свидетель, как раз Кабур, тоже слышал, как эта молодая женщина разговаривала с девушкой со средней полки. Вы могли ошибиться."

"Он говорил усталым монотонным голосом, не столько чтобы убедить ее, сколько чтобы покончить с этим вопросом и перейти к другому.

— Во всяком случае, мы ее нашли.

Она снова отрицательно покачала головой, глядя на молодого блондина, который не смотрел на нее, и сказала:

— Возможно, не знаю, однако мне так показалось.

И в то же время думала: «Я не могла ошибиться, женщина не чертыхнется, свалившись на вас и разбудив вас, мне бы следовало им это объяснить».

Слишком много ей следовало бы им объяснить, а потому она просто продолжала упрямо качать головой, подняв глаза на худого инспектора с выступающими скулами.

Она снова представила себе коридор, где было полным-полно пассажиров перед отходом поезда, и паренька лет пятнадцати, печального и светловолосого, стоявшего возле их двери и посторонившегося, чтобы пропустить ее в купе. Вряд ли это был именно он, но этот паренек со светлыми волосами и очень черными глазами в сером твидовом костюме из магазина готового платья связывался в ее сознании с ночным происшествием, с голосом, шептавшим с верхней полки что-то такое, отчего девушка из Авиньона смеялась тихим, приглушенным смехом, раздражавшим ее так же, как головоломка молодого инспектора в коротком пальто.

— Когда вы проснулись утром, женщины с верхней полки уже не было в купе?

Она ответила «нет», продолжая отрицательно качать головой, как бы говоря: нет, я не ошиблась, просто не понимаю, я могла бы вам объяснить, но для этого мне пришлось бы рассказать вам о юноше, который коснулся указательным пальцем моего колена, когда я возвращалась от парикмахера, и поцеловал меня во время первой же встречи в кафе напротив кинотеатра «Дантон», рассказать о вещах, которые причинили мне немало страданий и которые покажутся вам отвратительными, — нет, этого я не могу.

— Я не видела ее. Я пошла переодеться в туалет около шести или семи часов, не помню точно. Во всяком случае, когда я вернулась, в купе ее уже не было.