Утренняя прохлада пробирала щуплые тела до костей, но встающее солнышко уже сушило выпавшую росу, освещая своими первыми лучами пепелище хорутанской деревни. Мамка аккуратно встала, острым взглядом пытаясь прорезать все вокруг, и ушла куда-то в сторону, через лес. Она не пошла в их деревушку.
— Лежите молча, пока не приду за вами. Ратко, присмотри за братом!
Ратко кивнул, и обнял чуть слышно хныкающего малыша. Они должны лежать без звука. Так, как учил батя. Он правильно их учил, потому они еще на воле, а не в аварском плену.
Мамка пришла нескоро, а испуганным мальчишкам и вовсе показалось, что они ждали ее целую вечность. Но пока ее не было, они не посмели встать или заговорить. Они хорошо усвоили эту науку.
— Вставайте, — сказала мамка обычным голосом. — Обры ушли. И нам уходить нужно. Тут больше делать нечего, тут теперь Морана правит.
— А батя? — робко спросил Ратко.
— Я схоронила его, — с трудом сдерживая слезы, сказала мамка. — Пойдемте. Я нам собрала кое-что в дорогу.
Она смогла собрать не так уж и много, и главным сокровищем была та самая рыбина, которой побрезговал обрин.
Мамка подобрала ее, обмыла в речушке, и порезала тонким ножиком, что носила на поясе для домашних надобностей. Душный запах тухлятины никого не смутил, и половину они прикончили тут же, оставив кусок на вечер. А еще мамка нашла немного зерна, десяток плодов репы и целый горшок. Все это она кое-как свалила на волокуши, сделанные из двух жердей и обрывков конопляной веревки, что осталась после ухода авар. Идти далеко, ведь мамка обошла соседние веси.
Их тоже все разорили. Нужно идти теперь в другую вервь, а то и в другой род. Да кто примет-то одинокую бабу с двумя несмышленышами? Пойти к родителям? А где они сейчас? Когда девок у словен замуж отдают в соседний род, то обряд проводят, который похороны напоминает. Потому что умерла та девка в одном роду, а родилась в другом. Чужая она теперь даже родной матери. Да, и как найти родное селище, если на том месте его и нет, скорее всего.
Мамка впряглась в волокуши и потащила их немудреный скарб на закат, туда, где обров быть не должно.
Они же всегда с востока приходят, из Паннонских степей. А тут, в предгорьях Альп небезопасно становится. Они шли весь день, останавливаясь на привал каждый час-два. Ратко мог идти дальше, а вот брат хныкал, он ведь малец еще. Мамка развела костер, поставив греть воду в горшке. Тут же она на двух плоских камнях, что нашла у реки, растолкла пригоршню ячменя и забросила его в кипящую воду.
