Лучшие мужи от каждого рода клятву верности принесут, и мы с вами плечом к плечу станем. Одни вы аварскую орду не победите.
— Сделаю все по твоему слову, — склонил голову Арат.
— Если сделаешь, быть тебе жупаном в мораванских землях, — сказал Зван. — Это я тебе слово князя Самослава передаю. И, так и быть, я тебе одного бойца в помощь оставлю! Не благодари!
— Великие боги! — выпучил глаза Арат, когда к ним подошел один из воинов и склонил голову в знак того, что понял приказ.
* * *Так прошло две седмицы.
Под ярким весенним солнцем лед уже начал чернеть, а значит совсем скоро станет рыхлым и ненадежным. Вот-вот авары захотят уйти в свои степи. Пора! Арат решительно повернулся к реке спиной и пошел домой. Там, в сарае у него был закопан бочонок меда, который он готовил для этого дня. Вечера пришлось ждать долго. Долго до того, что Арат подумал было, что солнце с неба не уйдет никогда. Не хотело оно уходить, и все тут. Когда долгожданная ночь все-таки спустилась на землю, Арат зашел в собственный дом, где тархан изволил ужинать.
Девчушка, которую он взял в услужение, покорно стояла рядом, опустив глаза в пол. Веселая хохотушка, какой ее помнил Арат, изменилась до неузнаваемости. Словно подменили человека. Глаза ее стали пусты, а в них поселились тоска и тупое равнодушие.
— Великий, я нашел бочонок меда! — склонился в поклоне Арат. — Его прятали от меня, но я его нашел и принес вам. Примите мой дар!
— Неси сюда! — повелительно махнул рукой степняк, не прекращая жевать.
Сальные руки он вытер о голенища сапог и протянул руку за кубком, который тут же поднесла ему служанка. Арат налил мед.
— Хорошо! — крякнул тархан, осушив кубок. — Еще наливай!
Арат налил еще, а потом еще. А вскоре кочевник окосел и начал тянуть какую-то заунывную песню. Арат подливал ему мед, понемногу оттирая девчушку от стола.
— Как напьется, беги домой, — одними губами шепнул Арат. Веселье длилось уже долго, и могучий воин захмелел не на шутку.
— Не-е-т! — едва слышно выдохнула та.
— Он же меня прибьет! На мне и так места живого нет! Боязно мне, дядя Арат!
— Беги и передай отцу, чтобы своего тоже поил. И остальным пусть скажет, у кого обры стоят. Поняла, Беляна?
Девчонка закивала головой, а в ее глазах плеснулись понимание, ужас и робкая надежда. Впрочем, надежда появилась ненадолго, остался только ужас. Она смотрела, не отрываясь, как степняк закидывает в глотку один кубок за другим, хмелея на глазах.
