Купец. Поморский авантюрист

Новгородцы тотчас начали спешно собираться, тем более что больше им делать-то, по сути, и нечего было, поскольку встречи и визиты проходили с каждым днем все реже, ибо обсуждать на них нечего стало после визита того боярина. Вот больше для вида на них и ходили.

Рыбачки тоже засуетились, поняв, что их судьба вот-вот решится.

А Митька стал на удивление спокойным."

"К слову сказать, в этот день он впервые увидел Семёна, доведенного до крайнего волнения. Лицо его пошло красными пятнами, будто он съел что-то не то.

Мыслимо ли? Человек, у которого не дрогнул ни один мускул на лице, когда он дрался с белым медведем, перед приемом у Царя искренне переживал. Получалось, что в его представлении Иоанн Васильевич виделся пострашнее любого мишки.

Митька прекрасно понимал причину такого беспокойства Семёна: на вечерней встрече будет решаться дело, на которое купец поставил все. Не каждый день у тебя выпадает шанс встретиться с глазу на глаз с Царем. Что уж говорить об остальных купчиках, те носились по дому, будто их петух в одно место клюнул и не раз.

Хотя времени до вечера оставалось предостаточно.

В такой суете прошли несколько утренних часов.

— Митька, что делать-то будем, — спросил Олешка, как только у рыбачков появилась возможность уединиться.

— Мы уже все обсудили. Вам-то что переживать? Не могете вы по-русски говорить, молчать будете да кивать, если потребуется, а я Царю, как смогу, нашу легенду расскажу. Где не смогу, пусть купцы страхуют. — Митька коснулся ушиба на щеке, на которой все еще была повязка.

Была она там больше для виду, но легенду для новгородцев и для Иоанна Васильевича следовало поддерживать.

— И, думаешь, поверит тебе Государь? — с сомнением спросил рыбак.

— А вот мы и проверим. Деваться-то нам некуда, — Митька изменил голос так, как последние дни говорил с купцами. Тянул слова, коверкал до неприличия: что говорит — толком не разберешь.

— Действительно, вроде и говоришь, а что говоришь — непонятно, — подтвердил Павлик, обычно настроенный крайне скептично.

Рыбачки успокоились, хотя по лицам было видно, что опасения остались.

Удалось расслабиться только ближе к обеду, когда новгородцы неожиданно пригласили рыбачков к своему столу. Сегодня это была первая совместная трапеза. Митька, присаживаясь за стол, предположил, что купцы захотели обсудить с англичанами детали будущей встречи, чего так и не довелось сделать после памятного разговора с боярином, во время которого вспыли новые подробности.