Купец. Поморский авантюрист

Просто других артелей — Федьки да Андрейки, которые у хозяина в доверенных, — на промысле не оказалось. Все к концу месяца, почитай, придут, только обратно к берегу отошли. К другим же рыбачкам у Николки не было никакого доверия.

— Вариант тут подвернулся. Ты в деле? Только выступать сегодня надо, вы тут особо не располагайтесь.

— Ты скажи, что за вариант и что за дело, а то ты уже нас посылаешь, а зачем, куда? — Митька немало удивился, что речь зашла не про соль. — Так-то ты меня знаешь.

— Точно! — Николка тут же съездил себе ладонью по лбу.

Вспомнил, что толком не рассказал рыбакам о своем предложении, а уже в дорогу спроваживает. — Дело такое. Я на прошлой неделе я познакомился с торговцами, что не чета нашим скупникам. Жирные такие и богатые, у наших местных скупников товарчик перекупают.

Николка замолчал, поерзал на скамье. Сам наблюдал, насколько интересно рыбакам его повествование. Те хлебали уху и внимательно слушали — интересно."

"— Так вот, значит, познакомился с торговцами теми, выпили немного хмельного.

Ну у меня язык после хмеля и развязался. Давай им одно — нахваливать нашу Йоканьгу… — Глаза Николки жадно блеснули. — В общем, сказал я им, что улов у нас тут дивный, да столько рыбешки, что к царскому столу вези, не ошибешься. Рассказал им про нашу рыбку видов разных. Смотрю, а у них интерес появляется.

— А в чем их интерес-то? — хохотнул Олешка.

— Вот дело в том, что улов есть, да не всякий. Как я выведал у рыбаков, рыбка некоторая ушла в этом году, совсем не ловится.

Олешка тут же перестал лыбиться, задумался.

Теперь уже сам заерзал на скамье, даже забыл о чашке с ухой на время. Интересные вещи говорил Николка.

— Продолжай, — не вытерпел Митька, у которого уже внутри все подгорало. — Не уразумею пока, куда ты клонишь.

— Не понял еще? — хмыкнул Николка. — Я пообещал купцам тем полную шняку речной форельки, десять бочек свежего посола и бочку икры, на десятину ниже той цены, что они обычно торгуют.

— На десятину? Это по два рубчика, что ли, бочка? — уточнил Митька, который поражал рыбаков и Николку своим умением вести счет и памятью на цифры.

Форелью, тем более речной, в Йоканьге торговали нечасто, за рыбкой в реку приходилось заходить, всяко проще было наловить того же осетра в море. Редко когда форель в море шла.

— Бери больше, я называл от той цены, по которой они с нашими скупниками торгуют, если те форель завезут. Пять рублей за бочку свежего посола не хотел?

— Да ну, Николка!

Рыбаки аж поперхнулись ухой, закашлялись.