За эти годы неоднократно бывали попытки и промышленного шпионажа и простого воровства и даже попытки рейдерского захвата на дорожном строительстве. Но всегда нас выручала наша охранная служба и то, что все документы всегда тщательно готовил сам Иртэн. Там было не подкопаться.
Ещё одно мое направление, парфюмерно-косметическое, хоть и осталось ограниченным, но все равно увеличилось. Сейчас там трудилось около десятка девушек. Линейку продукции мы расширили за счёт недорогих туалетных вод и простых фитокремов. А эксклюзивная парфюмерия, с росписью от самой Надиши, осталась очень дорогой.
Этой осенью мы выставку работ в столице от художницы Надиши проводим.
Хотя мы и продолжаем свою основную деятельность, как зерново-овощеводческое хозяйство, но и другие отрасли стали приносить хороший доход.
Так, по-прежнему, мы являемся поставщиками в магазины отца различных копченостей, в том числе рыбных, кондитерских изделий — меренги, цукаты, шоколадные пасты с различными наполнителями, зефиры и пастилы (нашел-таки папенька в далёкой стране агар-агар!), ну и, конечно же, наша фирменная Клюква в сахаре.
Кстати, про дальнюю страну. Недавно отец сказал, что Милаш осел торговым представителем в той дальней островной стране, где живут люди с желтоватой кожей и узкими глазами, женился на местной девушке и не собирается возвращаться сюда.
Ещё одно выгодное направление — торфодобыча. За эти годы я не только свои села перевела на отопление торфом (и села Иртэна, разумеется!), но и наладила продажу его в степные скотоводческие поместья, где с дровами было всегда неважно.
И это мы осушили и разработали только одно болото. А у меня их севернее Каменки ещё не одно…
Папа… Только при одной мысли о нем у меня теплеет на душе. Несмотря на повторную женитьбу на кузине Аннии и счастливую жизнь с ней, и рождение малыша Витора, которому уже девять лет, наши отношения с папой остаются все теми же.
Мы по-прежнему самые главные люди друг для друга. При каждом удобном случае папа с семьёй навещает нас в поместье, живут подолгу, и мы наведываемся в столицу.
Хотели купить там себе дом, чтобы не стеснять отца, но он решительно воспротивился. Сказал, что дом у нас один и его хватит на всех."
"Так что теперь в столичном особняке, кроме папы, Аннии и Витора, проживают ещё и Минька с Лимкой и наш восьмилетний сын Лайон — младший, а по-домашнему, Левушка. Он первый год учится в гимназии для магически одаренных детей. И мы по нему сильно скучаем, и он по дому.
