Купель Офелии

Матильду проводила до денника, душ приняла, взяла вино и пошла в гости. И до нашей встречи в коридоре, то есть до самого утра я из его комнаты не отлучалась. Можешь сам у него спросить. Доволен?

Ванька молчал, переваривая новость. Вспомнилось бледное лицо Донателлы, когда столкнулся с ней под утро у кабинета графа. Вот отчего ей плохо было – не смерть Буденого выбила ее из колеи, а измена любовника, которую она видела собственными глазами. Вот почему Дона так азартно пыталась его соблазнить.

Ею двигало не желание проверить Ваньку на предмет верности невесте, а банальная месть. «Незачет, Антон Сергеевич, дозу снотворного надо было лучше рассчитывать», – хмуро подумал Терехин.

– Надеюсь, Семен об этом никогда не узнает, – брезгливо сказал он. – Сенька же любит тебя. А ты с его отцом…

– Да плевать! Плевать мне на Семена с высокой колокольни. Твой дружок только и делал, что меня унижал, стараясь повысить собственную самооценку. Слабак. Слабак во всем.

А в постели, в сравнении с папашей, вообще ноль. Вчера хотя бы удовольствие получила. Мужчины с опытом в отличие от сопливых студентов умеют доставить женщине удовольствие. – Галина выразительно посмотрела на Ваньку.

– Меня совершенно не интересуют интимные подробности твоей личной жизни, – вяло отреагировал Терехин. Конечно, бывшая нарочно его уколола, но все равно было неприятно. Поэтому не удержался от вопроса: – Раз я тебя не устраивал в постели, зачем же ты со мной спала? В любви мне клялась, цеплялась за меня, как клещ.

Осталась в моей квартире, пыталась меня вернуть.

– Какой ты наивный, Вань. Даже жалко тебя немного. Да мне просто жить негде было! Меня после психушки, куда я загремела не без твоего участия, с работы турнули и из общаги вышвырнули. А у тебя собственная квартира. Вот я и цеплялась за любую возможность, чтобы остаться. И потом, сразу было видно, что с Кристиной у тебя не сложится. Слишком вы разные. А парень ты хороший и наверняка станешь успешным сценаристом.

Я и подумала: почему бы не попробовать тебя вернуть? Жаль, что у нас ничего не вышло. Но ничего, будет и на нашей улице праздник. Да, Вань? – подмигнула поэтесса, вложила ему в руку ключи и выбежала из холодной комнаты.

– Подожди! – окликнул ее Терехин, запер дверь и поспешил следом.

Но Галочка сама неслась обратно и буквально прыгнула ему на руки. Ванька испуганно отпихнул бывшую.