Купи меня дорого (СИ)

Саша Митрофанцева, — проговариваю с дрожью в голосе, еле разлепив пересохшие губы.

Пытаюсь увернуться, но он еще сильнее сжимает мое лицо, надавливая на щеки и бесстрастно глядя на мои жалкие попытки.

Тотчас подчиняюсь, не в силах проигнорировать подавляющий властный тон.

Еще мгновение мы смотрим друг другу в глаза, и по моему позвоночнику пробегает липкий ужас, что он со мной сейчас что-то сделает. Ударит, плюнет в лицо или опять полезет под юбку. Мне страшно, но я пытаюсь не показывать этого, стараюсь изо всех сил.

— Катись отсюда. — Истомин вдруг теряет ко мне интерес и опускает свою руку. Мне не нужно повторять дважды. Почувствовав свободу, я снова схватила свой велик и быстро шагом бросилась прочь, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на бег и не оглянуться.

— Где тебя черти носят? — шикнула мне на ухо лучшая подруга Златка, едва я села с ней за парту, запыхавшаяся. — А ты чего такая грязная и мокрая?

Я недовольно покосилась на грязную юбку. Потеряла кучу времени, оттираясь обычной туалетной бумагой в уборной.

Злата, как и я, была жуткой ботаншей, училась на бюджете и тоже жила с бабушкой. Наверное, на этой почве мы и сдружились поначалу. Чувствовали себя похожими. Только внутренне, конечно, внешне мы абсолютно разные. Златка кудрявая блондинка с серыми глазами. Красотка была бы. Но все портила прыщавая кожа и излишний вес. Злата любила грешить булками и сладким, и сколько я ни ругала ее, все без толку. Потом, соответственно, она ныла мне какая она безвольная амеба и т.

— Злат, я с Истоминым и Летовым пересеклась.

Подруга испуганно зажала рот рукой, выпучив глаза.

— Серьезно? Теперь понятно, почему ты так дерьмово выглядишь.

— Спасибо, — обиделась я.

— Что они хотели от тебя? — принялась расспрашивать подруга, доставая шоколадку и разворачивая обертку.

— Да ничего. Сбили меня прямо на парковке. — Показываю подруге ободранные локти и колени. Та качает головой. А я вдруг вспоминаю наглую руку под моей юбкой, и мне опять стало нехорошо.

— Саня, будь осторожна. Они же ненормальные, абсолютно. Весной Потапкина так избили, он с гипсом на руке ходил, помнишь?

Потапкина я помнила, и его синее в гематомах лицо тоже. У этих уродов были деньги, поэтому они многое позволяли себе, чувствуя безнаказанность. Я не завидовала их богатству. Чему завидовать, если у них на душе пусто? Деньги не помогают быть человеком. Точно не в их случае.