— Что?!
— Покажи паспорт и закроем эту тему.
— Ты серьезно?
— Вполне. Гони паспорт, и не надо мне втирать, что его нет с собой или его съел товарищ Укупник.
— Ань, пойдем домой, я не провидец, но сейчас точно пойдет дождь, хочешь промокнуть?
— Паспорт, — уверенно выдаю я, протягивая руку вперед.
— Да пожалуйста, — Илья достает из внутреннего кармана куртки документы и протягивает мне свой паспорт. — Держи.
Под характерные звуки грома хватаю маленькую книжечку, только ни черта не видно. Подсвечиваю телефоном, вчитываясь в нужные странички.
Итак, реально Купидонов, реально разведен! Да, есть расторжение брака три года назад. Кажется, я впервые облегченно выдохнула. Возвращаюсь на первую страничку, просматривая дату рождения-четырнадцатое июля. Рак… Какая совместимость овна и рака? Надо срочно погуглить. Так, стоп. Четырнадцатое июля?
— У тебя завтра день рождения?!
— Уже почти сегодня, — забирая паспорт, произносит Илья.
— У меня нет подарка, — с досадой произношу я, когда в руках начинает вибрировать телефон.
— Лучший твой подарок-это звонок от Димочки, да, Анечка? — ехидно добавляет Илья, смотря на трубку в моей руке. — Ответь, чего человека заставлять ждать?
Поднимаю голову на пристально смотрящего на меня Илью и все же беру трубку.
— Лапа моя, ты хочешь убить родителей?
— Дим, со мной все хорошо, я жива, здорова и не в плену. Только сейчас я занята, позвоню завтра, — скидываю звонок и ощущаю холодные капли на коже. — Дождь начался.
— Успокоила духовного брата?
— Ага.
А ты ревнуешь, Купидонов?
— Нет, — берет меня за руку и притягивает к себе. — Но с духовностью нужно закончить.
— С духовностью?
— Ну если ты это так называешь, то да. Я больше делить никого и ни с кем не буду, Аня, — вполне серьезно произносит Илья. А я видать и вправду чокнутая, мне нравится его злить и говорить кем мне на самом деле приходится Дима-не хочу.
— А тебе не придется меня ни с кем делить. Знаешь что?
— Что?
— Мне не нравятся стекающие капли дождя по моей коже.
— Ты знаешь, мне тоже не нравятся, — Илья отстраняется и тянет меня за руку вперед.
— Ты куда?
— Точно не в дом. Бабка жизни не даст."
"Вопросов я не задаю, понимаю, что бежим мы к сараю. Ну что ж такое, судьба что ли расстаться там с девственностью? Вслух я, конечно, этого не произношу, но вот пожаловаться Илье на то, что я за ним не поспеваю сам Бог велел.
— А говорила, что бегаешь по утрам, — закидывая меня мокрую на плечо, констатирует Купидонов.
