Но стоять в лифчике мне долго не пришлось, Илья как-то резко развернул меня к себе спиной и расстегнул застежку бюстгальтера. Какое-то легкое, почти невесомое движение и лямки сползают с моих плеч. Илья отбрасывает в сторону ненужную в данный момент деталь гардероба, а я закрываю глаза, пытаясь успокоиться, и, кажется, у меня это получается. Особенно, когда Купидонов одной рукой убирает мои волосы, приятно лаская кожу на шее, а потом невесомо целует. Это мне определенно нравится, кажется, я даже неосознанно улыбаюсь.
Правда до тех пор, пока горячие ладони Ильи без всяких предисловий не легли на мою грудь. Купидонов притягивает меня к себе, и это соприкосновение подобно какому-то взрыву. Его шершавые пальцы немного грубовато ласкают мои соски, вызывая какое-то странное, неизвестное доселе чувство. Накрываю его ладони своими и крепче прижимаюсь к его крепкому, мускулистому телу. Чувствую ягодицами его возбуждение и от этого простого осознания мне становится очень хорошо.
А когда Илья проводит языком по шее, касаясь меня немного колючей щекой, внизу живота становится по-настоящему жарко. Одной рукой он продолжает ласкать мои соски, другой медленно спускается вниз, вызывая по телу табун мурашек.
— Твоя кожа, словно бархат, — шепчет мне на ухо и одной рукой принимается расстегивать мои джинсы. Немного замешкавшись он разворачивает меня к себе."
"Быстро целует куда-то в область ключицы и, проведя рукой вниз по животу, присаживается на корточки.
Вновь берется за пуговицу джинсов и, быстро ее расстегнув, начинает улыбаться. Это еще что такое? Спросить я не решаюсь, потому что в следующий момент он немного приподнимается и целует мой живот. Приятно скользит губами по моей коже, вызывая стойкое желание притянуть его к себе, что собственно я и делаю, зарываясь руками в его волосы. Илья на секунду отстраняется, заглядывает мне в глаза и тут же быстро целует в пупок, начиная стягивать с меня джинсы.
Получается у него это так же ловко, как и с джинсовкой. Какие-то несколько секунд, и я уже переступаю через штаны, а Илья откидывает их в сторону. Подниматься он не спешит, как какой-то завороженный, уставившись на мои коленки, начинает гладить своими ладонями мои ноги. До чего же приятно, черт возьми. Купидонов припадает губами к моему бедру и как-то незаметно переходит на внутреннюю часть, вызывая какое-то нереальное томление внизу живота.
