– Это все. Ей совсем немного осталось. Поехали со мной.
– Нет.
– Но Марат, мама же…
– Мне плевать, тебе нужно, ты и лети к ней.
– Марат! – отчаянно кричит Альбина, так, что и мне становится не по себе. – Пожалуйста!
– Я уже сказал, что нет.
– Почему ты такой жестокий?
– Я жестокий?
Баринов зажимает телефон ухом, пересаживает меня обратно на прежнее место, а затем все-таки встает и уходит общаться с сестрой без свидетелей.
Ух, ну и дела. По коже побежали мурашки и стало холодно, несмотря на теплый вечер. Нашла плед и плотно в него укуталась.
Марата не было долго, не знаю, что именно он обсуждал с сестрой, но по лицу не видно, что чем-то обеспокоен или раздражен, но и довольным не выглядит. Садится рядом."
"– Завтра вместе не получится прогуляться, утром мне нужно будет уехать, но я оставлю тебе карту, напишу список, что нужно будет выбрать и закупить на этом этапе. Справишься без меня?
– Ну… да. Это все неважно. Как твоя мама?
– Как раз надо будет слетать это выяснить.
– У тебя с ней какой-то разлад?
– У меня с ней ничего нет.
Завтра придется рано уехать, так что намерен и лечь пораньше. Ты со мной?
Кивнула. Не думала, что у обаятельного Баринова, купающегося в женском внимании, могут быть напряженные отношения с матерью. Но почему? Ощущение, что о Марате я еще очень многое не знаю.
На следующий день осталось одна, ощутив насколько мне, оказывается может сильно не хватать моего начальника. И хоть весь день прошел в интересных делах, к вечеру поняла, что совсем даже и не против переехать к Марату, лишь бы он скорее уже вернулся и был рядом.
Эта его поездка меня сильно беспокоит. Наверняка большое моральное испытание, а я толком и не знаю, что там конкретно у Баринова с мамой.
Ночью прилетела домой. Из аэропорта охрана ни о чем не спрашивая, привезла меня в мою квартиру.
А Марат не звонит, не пишет, и от этого я начинаю волноваться и накручивать себя. Звоню, чтобы узнать, как дела. Смущаюсь. Вроде бы и спим с Маратом, вроде как встречаемся, да и переехать уже предлагает, а все равно часть меня воспринимает его, как недосягаемого начальника с другой планеты.
Телефон отключен. Отчего-то начинаю еще сильнее нервничать. Какое-то плохое предчувствие. Аж голова закружилась и затошнило, хотя для меня такое вообще не характерно.
Кое-как проспала остаток ночи, утром позвонила вновь, и ничего не изменилось. Недоступен.
От одного вида еды воротит. Чтобы не оставаться наедине с собой и своими мыслями, еду на работу, и вот там становится легче.
