Так глупо я себя давно не чувствовала.
– Вероника, вы меня стесняетесь? – вопрос Баринова застал врасплох, заставив ощутить то самое стеснение, только усиленное во множество раз.
Молчу. Обычно способна молоть всякую чушь без остановки, а сейчас все, шеф сломал мою говорливость. Играем с начальником в гляделки, и чем дольше длится это неловкое молчание, тем сильнее горят мои щеки, а вот босс, кажется, получает истинное удовольствие от ситуации, ухмыляется.
– Не нужно этого делать, Вероника, – улыбка шефа становится все шире и шире.
– В перспективе долгого и плодотворного сотрудничества это не слишком удобно. Привыкайте ко мне.
Это все так…
Встряхнулась, взяла себя в руки.
– И вовсе я не стесняюсь.
Расправив плечи, с гордым, независимым видом иду навстречу Баринову, протискиваюсь мимо него. Какой он, все-таки широкий и подавляющий. То ли я пополнела, едва не задеваю начальственное тело, но, к счастью, проскакиваю. Выкуси.
Чтобы избежать дальнейших неловких ситуаций, стремительно уходу из кабинета.
Понимаю, что это выглядит, как побег, но ничего с собой поделать не могу.
Выходу в приемную, плюхаюсь за свой стол. Мне нужна пару минут, чтобы унять сердцебиение и шум в ушах. Не сразу замечаю, что рядом сидит Вадим. С утра его не было.
– Привет, – жизнерадостно здоровается со мной сосед. – Знаешь, я только пришел, а меня уже сплетнями завалили. Но прежде, чем ты расскажешь, как оказалась на короткой ноге с одним из крупнейших инвесторов нашей страны… у тебя все в порядке? Цвет лица почти такой же, как цвет волос.
Похожа на помидорку. Тебе плохо?
– Не, мне хорошо. Только есть хочется. Обед скоро?
– Как раз сейчас начнется.
– О-о, пойду тогда. Жутко голодная, а потом… с новыми силами обживаться в собственном кабинете.
Глаза Вадима удивленно распахиваются.
– В собственном кабинете?
– Да-а, – блаженно тяну я, счастливо жмурясь. Вроде и понимаю, что кабинет мною заслужен за работу с дядей Толей, но как-то очень похоже на блат, который бывает в организациях у любовниц руководителей… Во всяком случае, на фоне остальных помощников, меня как будто бы балуют.
Не буду сейчас об этом думать.
На обед Вадим пошел со мной, пытать, что как, да почему, потом и кабинет смотреть тоже пошел, а зайдя присвистнул.
– Возьми меня к себе, а? – плюхаясь в мое кресло, говорит коллега. – В приемной мне не обязательно сидеть, ничего важного я не делаю.
