Мне приходится туда добираться по ухабистым дорогам. Когда в очередной раз капот лексуса задевает камни, я проклинаю все на свете.
Видимо, мне сейчас покажут каких-нибудь колхозниц. Иностранки хотя бы были красивыми, а тут что будет, в этом селе? Каталог не прислали, до места я добираюсь почти сутки.
Если у них ничего нормального не окажется, закрою их контору на хрен.
Наконец, добираюсь до нужного города, подъезжаю к дому, по адресу, который мне дали, и злость немного утихает. Здание выглядит солидным. А когда меня встречает женщина строгого вида, то и вовсе успокаиваюсь.
Боялся деревенских обычаев и «хлеба-соли», вот этого всего, что ненавижу, а тут, по всей видимости, все-таки деловой подход к делу. Как я люблю.
Пока мы поднимаемся по лестнице, она мне рассказывает:
– Меня зовут Эмма, очень рада, что вы к нам приехали. Поверьте, вы не будете разочарованы. Мои девочки – все как на подбор красавицы, таких ни в одном филиале не найдёте. Вы же знаете, что русские девушки самые лучшие?
Женщина распахивает передо мной дверь, мы проходим в длинный зал, напоминающий студию для занятий танцами.
В длинный ряд, как на уроке физкультуры, стоят девушки. В одинаковых белых платьях.
Платья одинаковые, но в глаза сразу бросается разнообразие лиц. Очень красивые у всех. Был бы я менее толстокож, наверное, был бы ослеплён обилием красоты в одной комнате.
И каким образом выбирать?
Эмма как будто слышит мой вопрос, подходит и объясняет:
– Можете отобрать сначала по внешности, допустим, десятерых.
Потом поговорите с каждой, я вам дам анкеты параллельно.
Киваю, план хороший.
Кажется, даже есть такая передача на телевидении, где мужчина выбирает одну из сотни.
Усмехаюсь. Не думал, что и в жизни такое случается.
Подхожу ближе и иду в конец колонны, всматриваясь в лица. На фигуры смотреть смысла нет: все стройные, у кого-то грудь маловата, но некритично.
Велю выйти вперед рыжей кудрявой девушке, затем ещё ее соседке – что-то слишком яркое в чертах. Вхожу в раж и говорю почти через один:
– Ты, ты и ты…Шаг вперед.
Когда стоять на месте остается примерно десять девушек, поворачиваюсь к Эмме и говорю:
– Эти, что впереди, свободны.
Замечаю, как у рыжей поползли уголки губ вниз. Думала, что я отобрал ее для дальнейшего знакомства?
Нет, мне всегда легче идти от противного: исключил сразу тех, кто не нравится, вместо того чтобы думать, кто нравится.
Вздыхаю, смотрю на оставшихся. Пять брюнеток, две светленькие и три шатенки.
