Куплю тебя за миллион

Вот сучка! Не вижу ни одну из этих куриц, но за поползновения в сторону моего Глебушки мне хочется наглой стерве эти трусы в рот запихать и как можно глубже. Ещё каблуком надавить, сверху.

Фу! Неужели мне переходят дурные привычки Глеба решать все конфликты силой. Собственно говоря, еще и конфликта никакого нет. Только конфликт интересов.

— Трусы выжимать?! Ты серьезно?! Совсем больная, что ли?! Это же старший сын Якова. Убийца! — понижает голос. — Говорят, у него нет женщин, потому что он от них избавляется.

— Его вообще редко можно увидеть. Но очень много о нем можно услышать. В определенных кругах. Я бы не рискнула.

— А я рискну. Люблю адреналин и быструю езду. Верхом! — хихикает.

— Поосторожнее с желаниями!

— Живем всего один раз, подруга!

От ревности у меня все застилает перед глазами и хочется сотворить что-то страшное с той, кто осмелилась покуситься на моего Мужчину. Вообще-то он мне только сегодня предложил стать его девушкой, и я не позволю какой-то шлюхе испортить все, пусть даже эта шлюха из высшего общества!

— Я бы лучше младшим сыном из этой семейки занялась.

— Много болтаешь! Если тебе верить, так у Якова два сына и оба — ущербные.

— Зато старик еще огонь. Не зря молодую шлюху себе завел.

— Ри, я так и не понимаю. С чего ты взяла, будто она — его?!

— Украшения на ней видела?

— Ну? Обалденные, конечно, стоят целое состояние! — завистливо вздыхает.

— Семейная реликвия Бекетовых! Кому попало Яков их не наденет. На Полине я ни разу этих камней не видела, и ни на одной из предыдущих любовниц, тоже. Это говорит о многом.

— Ого! Откуда ты так много знаешь, м? Может быть, ты сама ходила у Якова в запасных любовницах?

— Если бы… — мечтательно тянет вторая. — Я бы точно щеголяла не в этом платье.

Дальнейшая болтовня мне не интересна.

Медленно отхожу от кустарников. Меня злит, что какая-то шлюха положила глаз на моего Бекетова. Еще больше бесит, что меня саму записали в любовницы Якова Матвеевича! И все из-за дорогих украшений.

Я не знала, что это семейная реликвия, лишь надела то, что приказали надеть. Бекетов, к слову, тоже ничего не сказал, лишь напрягся, когда увидел их на мне.