Куплю тебя за миллион

Однако я не так глупа, чтобы прямо кидаться в омут договорного брака.

— Мне нужны гарантии, — откладываю кольцо в сторону.

Яков Матвеевич настойчиво берет мою ладонь в свои шершавые ладони и говорит проникновенно, заглянув в глаза:

— Деточка, при самых благоприятных прогнозах я уйду на тот свет, через лет десять. Я хочу увидеть своих внуков и сделаю все, чтобы ты выносила их. Тебе нужны гарантии? Ты под защитой семейства Бекетовых! И, что немаловажно, твои дети никогда и ни в чем не будут нуждаться.

— Мне нужно подумать, — стучу пальцами по столу. — Я хочу выдвинуть свои условия. Без посторонних глаз и ушей! — смотрю в сторону Григория. — Тет-а-тет.

— Все вон! — мгновенно гаркает Яков Матвеевич.

В доме словно проносится сквозняк, сначала раздается топот, а потом становится тихо и слышно только, как хлопнула входная дверь.

— Мы одни. Выдвигай, сколько душе угодно, — расплывается в улыбке Бекетов.

— Никакого интима и принуждения к нему!

— Деточка, — фыркает Бекетов-старший. — На публике вы, само собой, будете счастливой парой. Максим к тебе по-мужски и пальцем не притронется в постели, у него, к моему большому несчастью, другие предпочтения.

— Это должно быть записано в договоре. Всё! Всё, что я захочу, должно быть прописано.

— Я сама выберу детям имена.

— Фамилию Золотников? Исключено! Хотя бы выбор одного из имен близнецов оставь Бекетовым! — просит старик.

Я упорно стою на своем. Мы спорим минут пять. Торговаться с этим старым жуком очень сложно. Он изворотливый, как мурена, и норовит ввести меня в заблуждение красивыми речами.

За полчаса жарких обсуждений пришлось осушить целый чайник!

Сходимся на том, что у малышей будет фамилия Бекетовых, а имена сыновьям я выберу сама.

— Остается одна незначительная деталь. Я все еще замужем! — развожу руками.

— Это решаемо. Поверь. Считай, что ты уже разведена. Примерь кольцо…

Яков Матвеевич сам надевает кольцо на палец. Сидит, как влитое. Роскошное, слепящее, тяжелое. Кольцо притягивает взгляд.

— Оно словно создано для тебя!

— Не лукавьте, Яков Матвеевич, так и есть на самом деле. Вы сами об этом сказали.

— Подловила, признаю.

Кажется, мы обсудили все, что хотели.