Куплю тебя за миллион

Внезапно из-за двери слышится:

— Отойди в сторону, — звучит знакомый, хриплый голос.

Дверь распахивается. Ну, почти распахивается, ударившись о комод.

— Марианна, открой.

— Бекетов, это ты?!

— Не могу-у-у-у, — стону, ударившись лбом в колени. — Неужели нельзя было прийти на пять минут раньше? Я так старалась, что сил не осталось!

— Забаррикадировалась? — догадывается. — Ладно. Сиди. Я через окно войду. Только открой для меня двери балкона. Справишься без происшествий?!

— Очень на это надеюсь.

Я распахиваю балконную дверь и жду появления Бекетова. Он перебирается на балкон Бирюзовой спальни с балкона соседней. Наверняка у соседней комнаты тоже какое-то очень помпезное название.

Главное сейчас другое — мужчина, ворвавшийся вихрем, и мои мысли, устремившиеся галопом в его направлении.

— Привет, Глебушка.

Чёрт. Всё-таки не сдержалась.

Бекетов словно невзначай опускает правую руку на пряжку ремня, иронично выгибает светлую бровь.

— Напрашиваешься, Проблема?

— Всего полдня тебя не видел, а ты уже совсем распоясалась…

Наступаю в сторону мелкой.

— Надо бы тебя хорошенько…

На языке вертится матерное.

Неприличные и грязные мыслишки берут верх над разумом. Марианна же глазеет на меня так, словно съесть хочет.

— Я тебя так сильно ждала! — выдыхает и сама делает шаг навстречу.

Такой крохотный, нерешительный шаг в мою сторону. Но этого хватает, чтобы захотеть большего и заключить её в жадно-грубые объятия.

Я на неё зол.

Потому что теперь всё, к чему я стремился, оказалось прохеренным.

Можно бросить на могилу своих стремлений большой венок с чёрной траурной лентой.

— Ой! — стонет, когда пальцы жадно мнут её попку.

Признаюсь, я часами могу разматывать грязные, взрослые фантазии о её тугой, кругленькой попке с молочно-сахарной кожей. И вся она именно такая, напоминает конфетку. Причём упаковка не имеет значение. То, что мне нужно, прячется под шмотками.

Пальцы сами путешествуют по её телу, изучая кожу впалого живота, покрывшуюся мурашками от прикосновения, обводя тугую, крепкую грудь с торчащими сосочками.

Девчонка льнёт ко мне крепче, гладя по груди, едва не мурлыкает, только протестующе постанывает, когда хватка пальцев становится слишком жёсткой.

Как же мне её вытрахать хочется… Чтобы не бесила и не волновала кровь!

— Я по тебе соскучилась, а ты по мне скучал? — заглядывает в глаза.