Куплю тебя за миллион

Потому что мне до головокружения хочется, чтобы он меня поцеловал.

— Бекето-о-о-о-в… — стону в голос.

Где-то внутри меня быстро разрастается огромный, огненный шар экстаза.

Ещё немного… Ещё… Самую малость…

Пальцы Бекетова влажно и быстро скользят по клитору, дразня его. Отправляются ниже и обводят лоно по кругу, подбираясь к самому сокровенному, дразня, выводя из себя, заставляя вскрикнуть:

— Ах ты маленькая грязная девочка!

Мужские пальцы резко и грубо ныряют в мои волосы, жадно собирают их на затылке. Бекетов вынуждает меня запрокинуть голову.

Он наклоняется и смотрит мне прямо в глаза.

— Ты сегодня другая. Что с тобой? — напряжённо спрашивает.

— Хочу… Я тебя хочу-у-у-у… — стону.

Потому что, чёрт побери, он остановился, его пальцы лежат на моих складочках, а я хочу, чтобы он…

В общем, сделал ещё!

Вставил свои волшебные пальцы куда надо. Он же умеет и хочет.

— Да-а-а-а… — соглашаюсь с восторгом.

Завёл девушку, подвёл к обрыву и бросил руль управления ситуацией… Кто же так делает?!

— Ты мне нравишься, — облизываю губы.

Я едва не растекаюсь клубничным сиропом, когда губы Бекетова медленно приближаются к моим.

Наконец он прижимается ко мне губами.

Осторожно, трепетно, мягко.

— Так? — спрашивает.

Издевается, Мастер пыток!

— Сам знаешь! — краснею и требую капризно. — С язычком хочу.

— Сучечка мелкая. С язычком, значит!

Губы Бекетова налетают на мои штормом. Его язык уверенно врывается ко мне в рот.

Чувствительность обостряется до предела.

Я приподнимаю ноги, обхватив Бекетова за поясницу. Сгребаю ткань его рубашки пальцами и льну всем телом.

Какой-то неконтролируемый, животный порыв…

— Ещё, — стону ему в рот.

Поцелуй ускоряется, углубляется. Превращается в грубое сношение. Он…

Впервые понимаю смысл выражения «трахать рот языком».

Потому что да… именно так!

Быстро. Жадно. Грубо…

Бекетов умело и жестко сжимает возбуждённую плоть, а через миг два мужских пальца уверенно вторгаются в истекающее соком лоно, я испытываю…

Наверное, это оргазм.

Но я чувствую бурю. Одновременное удовольствие и бессилие.

Телу хорошо, но я его не ощущаю. Только волны и сжатия, бурление крови.

Пожар в каждой клеточке тела.

Это прекрасно. Так прекрасно и хорошо, что почти больно, и начинает давить на грудь…

— А-а-ах… — выдаю с затухающим стоном.

Пытаюсь унять сердце и дыхание.

Но в груди упорно и гулко, часто стучит.