- А вы, значит, поработали учителем?
- Типа того.
Чёрт… Чего мне стоило сдержаться и не ударить эту мразь!
С другой стороны…
Думаю о том, как я предложил Асе деньги за ребенка и…
Теперь у меня от этого внутри словно кислота разливается.
Я предложил ей такие бабки! За чужого ей ребенка! Она могла бы реально взять эти бабки и отдать мне девочку. Я не стал бы требовать обратно ни копейки! Она могла бы зажить совсем другой жизнью! В роскоши купаться, которая ей была недоступна, недосягаема!
А она…
Она что, святая?
И что мне делать с этой женщиной?
Такую ведь… такую нельзя обманывать.
Нельзя, как выражается этот ублюдок Гена – учить!
Такую надо любить. На руках носить. Защищать от всего.
Я ведь на это не способен.
Я банкомат.
А ей нужен настоящий мужчина.
Думаю об этом и меня всего корежит изнутри.
Потому что хочется быть тем мужчиной, рядом с которым она сможет быть просто женщиной…
Смотрю на то, как она ловко переодевает малышку, и чувствую, как кто-то меня осторожно тянет за рукав.
- Дядя Роман, а… как её едят эту… питахайю?
Улыбаюсь, почему-то мне внезапно нравится то, как меня называет Маруся.
- Пойдем, я тебе порежу!
Глава 32.
Этот сумасшедший день когда-нибудь закончится?
Возможно, когда из моей квартиры уйдут, наконец, эти двое?
Нет, Роман хотел Павла сразу отправить.
Особенно после того, как увидел его, так сказать, спящим при исполнении.
Да, когда мы приехали из клиники Павел, мирно спал на диванчике, у детской кроватки! Его не разбудили даже звонки курьеров, которые привозили еду и продукты!
Честно говоря, я обалдела, когда увидела сколько всего нам привезли!
И дело не только в жутко дорогих – для нас – экзотических фруктах, увидев которые Маруська до потолка прыгала.
Я ей, конечно, покупала периодически всякие вкусняшки – ну как ребенку без этого? И манго, и мини-арбузики зимой, и ягоды. Вот только эту страшную питахайю – ни разу. Она оказалась очень вкусной.
На мою попытку протеста Роман ответил просто, сказал, что будет все решать.
И мне неожиданно это так понравилось! И… пусть решает!
Он сам порезал нам фрукты, а потом пошел будить своего Стрельца-молодца.
- Павел, спасибо, вы свободны.
- Я на вас больше не работаю, Роман Игоревич, так что я сам буду решать, свободен я или нет!
И этот будет решать? Ха!
У меня в доме два «решалы», отлично!
Роман смотрит на меня, и нагло заявляет:
- Павел, думаю Асе нужен отдых, и лишние гости в доме ни к чему.
