Куплю тебя, девочка

— Тогда она зачем? — сглатываю ком, что уже сковывает грудь и рвет тело от желания сбросить подонка с дерева.

— Она просто есть. Ну… как тебе объяснить. Она как дорогая машина. Презентабельно и вызывает доверие. А ты…

— А я как байк, на котором можно погонять, но лучше подальше от города, чтобы приличные люди не увидели? — выплевываю и хочу оттолкнуть его, но это как гору сдвинуть. Да и не сдвинешь, если чувствуешь, что твое место здесь.

— Алена, детка, — ласкает он слух, покрывая мое лицо поцелуями и оголяя пальцами ягодицы, сминая их и срывая с тела покровы обиды и льда. Хочется ближе его. Хочется в себя прямо сейчас. — Я так долго ждал тебя, грезил столько лет, не порти все тупыми женскими истериками. Ты же не такая. Ты же умная. Ты же…

Он замолкает, трется в промежность членом, скользит языком по губам, а я продолжаю его фразу

— Ну что же ты не закончил? Давай я помогу.

Он молчит, даже не опровергая мои слова. И вместо того, чтобы бессмысленно его отталкивать, я делаю кач назад. Ловко переворачиваюсь, выгибаясь, и прыгаю на другую ветку.

— Алена! — испуганно вскрикивает Никита, но я уже не слушаю. Его голос, как ржавый тупой нож по нервам.

Но через минуту пробежки меня атакует паника и все слова, что сказаны были так просто, так искренне, эхом звучат в мозгу.

Глава 31

Тону. Захлебываюсь волной правды. Осознание давит на мозг.

Прав.

Он чертовски прав.

Кто я? Шлюха. Всего лишь девка, годная на тайного траха.

Дрянь, которую не представишь друзьям, не возьмешь за руку на людях. Не поцелуешь после слова «Да».

«Да» будет. Будет, когда любимый нависнет сверху, когда тело будет изгибаться под его напором. После чего он оставит деньги или побрякушку и уйдет в свою совершенную жизнь. Поцелует на прощание и может быть даже через пару лет даст обещание развестись.

Все так просто. Тайная любовница.