Куплю тебя, девочка

— Весьма эгоистично, — рассматриваю я легкий гаджет с набором иконок на экране, а Никита берет пакет, складывает туда коробки и ноут.

Я бросаю взгляд на стол, где теперь идеальная чистота и три внушительные стопки писем. Но меня снова отвлекает касание.

Никита скрещивает наши пальцы и выводит меня в коридор. И хоть бы на миг в моем сознании вспыхнул протест. Нет, я рада. Я хочу идти за ним. Более того, все тело немеет в нетерпении, во рту скапливается слюна, которой я вскоре покрою один очень занимательный предмет.

На мое высказывание об эгоизме Никита отвечает только в своей спальне.

Сегодня я старалась избегать соблазна к ней приближаться, но очень хотела сюда попасть. Иногда даже мечты, таких как я, сбываются.

— Эгоистично. Но я тоже буду думать о тебе постоянно. Хочу видеть твои фото у себя в ленте, — закрывает он замок на двери, и я заканчиваю лицезреть обстановку.

Все перед глазами плывет в туманной дымке, и только его лицо выделяется ярким пятном.

Вот и все.

Пара секунд.

Пара вздохов.

Шаг к друг другу.

Так близко-близко. Чтобы не осталось ни миллиметра между нами. Чтобы губы рассказали друг другу, как скучали. Чтобы руки не мешкали, а избавляли жадные до похоти тела от лишнего.

И феерия, когда часы ожидания выливаются в два грязных стона, стоит половым органам найти тот самый контакт. Влажный, до безумия необходимый.

Глава 24

— Значит, ВатсАпп? И что мне надо делать? — спрашиваю, чувствуя себя полной дурой. Наверное, именно такой выгляжу в глазах Никиты. Хотя, судя по взгляду, он думает не о том, как научить меня отправлять сообщения.

А как оттрахать. И то, что после короткой вспышки похоти мы лежали минут десять оглушенные, его не волнует. Да и с чего бы. Член уже готов. Да и во мне тлеет желание. И зажечь его способна лишь одна спичка. Толстая такая, горделиво покачивающаяся в такт мерному дыханию.

— Просто набираешь мне сообщение, ну или лучше фотографируешь. Например, — он направляет на мою грудь гаджет и слепит вспышкой. Неприятный холодок по телу. Воспоминания о единственной в жизни фотосессии заполняют голову паникой, и я отбираю телефон.

Довольно резво разбираюсь, и как найти фото, и как его уничтожить.

— Ты чего?

— Не надо меня снимать, ладно? — прошу, откладывая телефон. Сейчас у меня на примете гораздо более привлекательная игрушка.

— Я бы никогда никому тебя не показал, — говорит Никита довольно серьезно, и мне даже хочется ему поверить, но пока что я верю только в его желание. Вот оно да, твердо как никогда.