Куплю твою жизнь

С лёгким оттенком загадочности и тяжёлой печатью долбанутости. Вполне вероятно, они думают, у нас с ним настолько активные сексуальные игры. Что у меня аж рот порвался. Хех.

Возвращаясь к столику, заметила, что Ратмир с кем-то раздражённо разговаривает по телефону. Он поймал мой взгляд и уже не отпускал. Смотрел на меня, пока я не села за стол.

— Ты уверен, это точно он? — услышала фразу на подходе.

Наблюдаю, как кулак Сабурова сжимается пока костяшки не побелели. Вглядываюсь в его лицо с тревогой.

— Нет, пока ничего, — отвечает своему собеседнику и кладёт трубку.

— Что-то случилось? — обеспокоенно интересуюсь.

Его глаза застыли на одной точке. Казалось, он не услышал моего вопроса.

Совершила невиданное — протянула прохладные пальцы и коснулась его руки. Он перевёл на меня пустой взгляд, будто вспоминая, кто я вообще такая.

— Рат? — тихо произношу его имя. Почему-то захотелось именно в такой форме.

Моргает и возвращается обратно в нашу реальность. Опускает взгляд на мои пальцы на своём кулаке.

Я тут же их убираю, ощущая, что позволила себе лишнего.

— Ничего, — врёт. Чую.

Спустя минуту передо мной привычный Сабуров. Во всей красе своей холодности и неприступности. С той лишь разницей, что смотрел на меня дольше обычного. Так хотелось заглянуть в его голову и узнать, о чём его мысли. Тяжёлые. Тёмные.

Возможно, я накручивала себя, ошибалась. Но казалось, он думает обо мне. И странный телефонный разговор тоже связан со мной.

Глава 15

Обед прошёл в напряжённой тишине.

К моему удивлению, загадочное блюдо оказалось весьма недурным.

Я даже забыла о том, насколько мне не нравится это место. Нежнейшее мясо таяло на языке, и в какой-то момент от удовольствия я непроизвольно застонала, прикрыв глаза. Должна признать, глутомат натрия с этим не сравнится. Не зря чревоугодие смертный грех. Всё запретное сладко.

Не отрываясь от тарелки, доела и взглянула на Сабурова.

Такое ощущение, что всё это время он просто сидел и пялился на меня. Почувствовала себя неловко. Ела как с голодного края.

Аж покраснела до ушей.

— Почему ты ничего не съел? — интересуюсь, переводя взгляд на его нетронутую порцию.

— Нам пора, — получаю вместо ответа.

После этого дурацкого телефонного разговора всё изменилось. Он изменился.

В груди возникло нехорошее предчувствие. Настолько плохое, что я едва сдерживала порыв обнять Сабурова. Побоявшись, что могу его потерять. Откуда это вообще?

Он допил свой чёрный кофе, расплатился и выпроводил меня на морозный воздух.