Курьер на полставки

А Савелий быстрым шагом приблизился к Марианне.

Его руки крепко стиснули Машкины плечи. Выдренко могла бы возразить, заметить, что наверняка останутся синяки от хватки мужских пальцев. Но молчала, не замечая всего этого. (1ea6f)

Она соскучилась. Не знала, плакать или смеяться.

- Маша, Машенька, Машка! - выдыхал Савва, вжимая девичье тело в свое, напряженное и скованное страхом. - Ни на шаг не отпущу больше! Даже на миллиметр от себя!

Машка не возражала. Даже вся ее вредность уснула на ближайшее время.

Ей нужно было только одно: чтобы крепкие руки никогда не выпускали ее из родных объятий, вселяя уверенность в завтрашнем дне.

Дом Меловых всегда пугал Марианну размерами и наличием блестящих предметов, словно хозяин особняка стремился выставить напоказ свои капиталы. Но Машка прекрасно помнила, что Олег Олегович не всегда был богат. В ее воспоминаниях дядька водил старенькую, пыхтящую иномарку и жил с женой и дочерью в обычной двушке стандартной планировки.

Это потом уже Олег Олегович превратился в бизнесмена Мелова, благополучно позабыв о прошлом. Теперь Маша точно знала, как именно дядька разбогател, через чьи головы перешагнул и сколько тайн хранил за прочно запертыми дверьми особняка. Хотя, тайны Маша, к счастью, знала не все, а лишь те, что коснулись ее родителей и ее саму.

Выдренко горела желанием задать родственнику пару вопросов. В основном, они касались темы капиталов ее отца, полученных от матери обманным путем.

Машка так же хотела спросить, счастливы ли Мелов и его семья, и как они живут с осознанием того, что вся их жизнь - сплошной фарс и мыльный пузырь, который лопнул, не оставив и следа.

На самом деле, Машка много чего хотела, вплоть до рукоприкладства в отношении кузины Евы.

Однако Адмиралов запретил ей входить в особняк Меловых. И когда люди в масках и в камуфляже окружали дом, ее заперли в машине с термосом в руках и в приятной компании в лице Михаила Александровича.

Машка ничего не имела против компании, а вот факт заточения и изолирования ее хрупкой фигурки от алчной и недальновидной родни - злил. Руки так и чесались нести справедливость в массы. Но зоркий глаз Тролинского следил за ней лучше, чем за двоечниками на экзаменах. У Машки не было шансов сбежать. Оставалось одно: пить травяной чай из термоса, принадлежавшего кому-то из парней, и задавать каверзные вопросы.