Курьер на полставки

В таком же ключе прошло полторы недели. Ремонт в квартире Марианны был завершен. Шеф, с позволения доктора, уже мог изредка выходить на работу, несмотря на подходящий к завершению карантин. И все было бы замечательно, если бы не глухая отстраненность Адмиралова. Он словно и не замечал присутствия Маши в своей квартире. Да, он разговаривал с ней во время завтраков. Спрашивал о делах компании и об атмосфере, царившей в офисе, но все с теми же интонациями Савелий говорил и со своим секретарем, или с начальником отдела кадров, или с юристом.

Словом, он общался с Машкой так, как и с другими сотрудниками своей компании.

Марианна должна была бы радоваться этому. Но нет. Она по необъяснимым причинам грустила.

Ранним утром Юрик-младший резво мчал хозяйку в сторону «ТранзитЭлита», вливаясь в транспортный поток. Машка первую ночь провела в своей отремонтированной квартире. Спала в собственной мягкой постели. И даже умудрилась наспех позавтракать.

Оказывается, за те недели, что девушка провела в доме Адмиралова, она успела привыкнуть к ранним приемам пищи перед работой.

И проснувшись еще до звонка будильника, Мари потопала в сторону кухни. На автомате вынула продукты из холодильника и принялась готовить завтрак. И только когда перестала зевать, взглянула на сковороду и поняла, что омлет получился для двух персон.

А на столе - две тарелки и две пары столовых приборов.

Чашки кофе тоже две.

Выдренко пришлось долго стоять под контрастным душем, чтобы разложить все свои мысли по полочкам.

И понять: она привыкла к Адмиралову.

Понимание гулко отдалось в душе болью и чувством безысходности. Случилось нечто непоправимое. И пока девушка не знала, что ей с этим пониманием делать.

Пришлось наспех позавтракать и мчаться на работу.

Проезжая мимо кофейни, где по утрам можно было купить горячий, ароматный кофе с шоколадной крошкой и ванильным или карамельным сиропом, Марианна вдруг решила, что просто сойдет с ума, если не купит пару порций. Поэтому девушка припарковала Юрика перед входом в «ТранзитЭлит», а сама помчалась за утренним кофе.

Спустя пятнадцать минут, Машка уже стояла перед стеклянными дверьми здания Адмираловской фирмы и испытывала странное чувство смущения.

Девушка держала два стаканчика кофе в руке. Два. Один, разумеется, для себя. Второй - Бармалеевичу. Бойкая Машка не знала, подняться ли ей на этаж, где располагался кабинет Адмиралова? Оставить кофе на его столе? Передать лично? Вопросов было тьма. И ни единого ответа.