Курьер на полставки

Ее тихие стоны срывались с приоткрытого рта. Она полностью отдалась во власть умелых рук Адмиралова. Прогнулась под натиском его губ, неосознанно подставляя собственное тело под щедрые мужские ласки.

Машка не поняла, как оказалась на спине. Прохладные простыни смогли всего на миг остудить пылающее страстью тело. Но стоило Савелию скользнуть руками к девичьим бедрам, как жажда прикосновений стала непереносимой. Марианна извивалась, пытаясь быть ближе к этим рукам, губам, смуглой коже, не стесненной одеждой.

- Маш, я здоров, - донесся хриплый голос до слуха Мари.

Черт! К чему именно сейчас говорить об этом? Машке было плевать! Она и сама прекрасно знала, что Адмиралов уже излечился от своей ветрянки. И других болячек подцепить не успел. Иначе она знала бы. Савва, скорее всего, вновь заставил бы его лечить.

Мысли роились, скручивались в спираль, и уже было не разобрать, какие из них важные, а какие не стоят внимания.

Все, о чем могла думать Машка - влажные прикосновения жадного рта к ее груди и легкие, но твердые поглаживания между бедер.

Разумеется, Маша понимала, что именно произойдет. Морально она уже была готова. Но в физическом плане боялась. Она видела габариты Адмиралова, и просто не представляла, как именно «он» сможет поместиться в ее теле.

Именно об этом она и хотела спросить. Ведь партнеры могут говорить на разные темы? Даже если эти темы абсурдные.

Но ничего спросить Машка так и не успела. Она почувствовала твердое скольжение и вскрикнула, когда давление оказалось непереносимым.

Савелий замер, нависая сверху, удерживая вес тела на локтях. Лбом он прижался к влажному от капелек пота лбу девчонки.

- Машкааааа…- выдохнул он, оставляя долгий и властный поцелуй на припухших губах.

В ответ услышал тихий стон. Он понимал, что Машке больно. Но и остановиться не мог. Его словно швырнуло с обрыва неведанной силой. Швырнуло, отшибло все мозги, расплющило о скалу, сдавливая грудь, не позволяя дышать. Савва действовал на инстинктах, чувствуя, что только глубокие размеренные движения помогут ему вырваться из этого омута.

И он замер, оттягивая момент, когда не сможет больше контролировать свое тело. Такого не случалось ранее. Он был выбит из колеи, растерян и оглушен столь новым для себя состоянием. Но нашел в себе силы, чтобы, удерживая Машку, перевернуться на спину.

Марианна тихо пискнула, склонила голову, позволяя волосам скрыть лицо.