– Мы не сможем ничего больше изменить, – медленно проговорил он. – Мы и так сделали куда больше, чем должны были. И продолжим делать. Ты вернешься, привезешь подвеску для Льюиса. Моего солнечного брата обратят в вампира, зато он поможет найти того, кто все это заварил.
Да, для Эда, если подумать, все происходящее было намного более личным. Сначала он считал, что из-за его страны погиб его брат. А теперь из-за его страны его брат вроде воскрес, только останется ли он тем же Льюисом? Как меняются люди после обращения в вампиров? Это нам только предстоит узнать.
Я уснула под свои мысли, чувствуя, как Эдриан легонько перебирает мои пальцы.
А проснулись мы от громкого стука в дверь и грубого предложения вставать, иначе уедут без нас.
Сонные и всклокоченные, мы вышли во двор, по которому шарили только-только появляющиеся лучи Матушки. По полям густым молоком разливался туман, пара самых ранних петухов извещала людей о наступлении нового дня.
Подводы с запряженными в них худыми лошаденками уже стояли, готовые отправляться.
Мы залезли на ближайшую, и небольшая колонна тронулась под матюги возниц и недовольное ржание понукаемых животных.
Половину дороги я продремала у Эдриана на плече, отчего шея затекла, а голова неприятно гудела.
– Хочешь пить? – Эд протянул мне бутылку, вода уже порядком нагрелась, но все равно смочить горло было приятно.
– Далеко еще, не знаешь? – спросила я, совершенно не представляя, где мы находимся.
Со всех сторон нас окружали поля, на них даже что-то росло. Правда, сложно сказать, что-то благородное или просто сорная трава.
Все же близость фронта не располагала к земледелию.
– По моим прикидкам, большую часть пути проехали. И кстати. – Эдриан снял с себя подвеску и передал мне.
Я тут же застегнула ее на шее и переплела с остальными – крыло превратилось в очередной камушек, с виду самый обычный. За минувшие дни я как-то даже привыкла к обилию украшений, под видом которых приходилось носить артефакты. Практика показывала, что ничего лишнего не бывает.
Мы проехали по жаре еще пару часов, вяло болтая, прежде чем впереди показался ровенский лагерь.
Стоило его заметить, как я сразу подобралась. Нелегко вот так расхаживать под самым носом неприятеля, никаких нервов не напасешься.
Эдриан накрыл мою ладонь своей и ободряюще сжал.
Здесь все было куда серьезнее. Нас как следует досмотрели, проверили наши с Эдрианом браслеты, задали уточняющие вопросы, кто мы и откуда. Мое присутствие особенно не понравилось местным военным.
