Да и мне пора было возвращаться.
За какие-то сутки линия фронта сдвинулась так, что я забрала глубоко на север, дабы не попасть под огонь. Уже на подлете с тыла почувствовала, где сейчас наши некроманты. И приземлившись, сделала по инерции несколько шагов.
– С возвращением, – поприветствовал меня Джастин, не оборачиваясь, и я невольно вгляделась в его затылок в поисках глаз. Но потом заметила стоявшего поодаль зомби, как раз контролирующего происходящее вокруг.
– Где нужна моя помощь?
Войска отступали медленно, и это было именно отступление, а не бегство.
Некроманты вновь расположились далеко от основных действий, и все же находились в самой гуще. Именно нежить сдерживала лавинный натиск Ровены, позволяя людям отходить.
– Думаю, сегодня мы будем использовать тебя по назначению. – На губах Джаса мелькнула улыбка. – Лети на север, к нашему командующему, и узнай, где стоит усилить заслон. Также предупреди, что вражеские войска начинают перегруппировываться, готовят удар с запада – там у нас сейчас меньше всего магов.
Вернешься с ответом.
– Лечу.
Здесь было не до споров и препирательств. Впервые от меня зависели жизни людей. Столько жизней. И этот груз тяжело лег на плечи.
За день я сделала бесчисленное количество перелетов туда-обратно не только к некромантам, но и к боевикам, к целителям, в обычные немагические войска, обратно к командующему. Где-то помогала нейтрализовывать чужую нежить. Где-то вытаскивала раненых, где-то закрывала щитами людей, спасая от магических атак.
К вечеру все события смешались в один сумасшедший калейдоскоп. Единственное, что более-менее внятно выделялось, – крепость Монгейт, куда доставили раненых и где разместили основные силы. Она стояла на крупной и полноводной реке, мосты через которую уже были уничтожены на много дней пути отсюда. За крепостью раскинулся огромный лагерь беженцев из людей, согнанных с насиженных мест и оплакивающих сожженные дома.
Среди солдат уже шли разговоры, что следом за войной придет голод. Юг был самым урожайным и хлебоносным регионом Вилара.
Теперь он отчасти захвачен, отчасти пуст – люди, боясь дальнейшего отступления армии, бежали от войны дальше, на север, бросая едва взошедшие посевы.
Я брела вдоль крепостной стены и слушала тех, кому не нашлось места внутри. Лететь не хотелось, впервые в жизни я понимала, что налеталась так, что от одной мысли о том, чтобы подняться в воздух, становилось дурно. А ведь мне случалось летать и побольше…
– Привет.
