Курица в полете

И вообще, зачем он нужен нормальной женщине, при всем его обаянии?

— Я просто подумал, а вдруг ему нужна нормальная женщина, а?

— Судя по этой его девице, нет!

— Ну почему? Она очень хорошенькая!

— Не нахожу! И вообще, что говорить, Элла ушла!

— А может, нам как-то свести их в другой обстановке, более располагающей к знакомству?

Вдруг что-то сладится?

— Да что с ним может сладиться? Ну даже если предположим, что он ее обаяет, а дальше что? Он уедет куда-нибудь в пустыню или в сельву, будет часами сидеть на дереве, чтобы снять какую-нибудь тропическую тварь, Элка будет тут лить слезы, а он потом приедет и опять найдет другую? Нет уж! Она слишком хорошая баба!

— Что ж, тебе виднее.

— Элка, да что ж это за мать такая? — рыдала Маша. — Господи, прямо выродок какой-то… Ты уж извини… Да, я понимаю, что ты удрала. А колечко классное, прелесть просто! Неужто в тебе ничего не шелохнулось?

— Сама не знаю… Просто он другой человек, как будто его отключили от элемента питания.

— Но тебя, наверное, любит еще. Дочку в твою честь назвал, кольцо. Это о чем-то говорит. Ладно, может, оно и к лучшему, начнешь жизнь с новой строки.

— Во всяком случае, попробую.

— А шубу будешь носить?

— Почему бы нет? Мне такая шуба и во сне не снилась…

— Да, шубка нехилая, это тебе не греческие шоптурные шубы. Но к такой шубе нужен мужик не на старых «Жигулях».

— Если появилась шуба, может, и мужик появится, — засмеялась Элла.

В результате Маша осталась у нее ночевать.

И они решили, пока у Эллы не кончился отпуск, слетать на неделю в Турцию или в Тунис. Маша обещала заняться этим вопросом.

Днем Элла позвонила Любе:

— Любаша, я на той неделе улечу в Тунис на несколько дней, но я помню насчет форшмака!

— Элка, ты прелесть, у меня сразу потекли слюнки! Я созвонюсь со Славкой, уточню, но думаю, послезавтра часа в три мы сможем выбраться.

— Отлично, значит, это будет обед!

— Думаю, да, но подожди, я сейчас ему звякну на мобильный и перезвоню тебе минут через пять.

Действительно, через пять минут она перезвонила, и они условились встретиться послезавтра в три часа. Элла тут же пошла по магазинам. Почему-то ей казалось чуть ли не жизненно важным поразить воображение своих гостей. Она давно уже не устраивала дома таких обедов. Подумала, не пригласить ли кого-то еще, но потом сообразила, что в будний день в три часа никто не сможет прийти.