Курица в полете

Рано утром ее разбудил телефонный звонок.

Она глянула на часы — восемь. И кто это в такую рань?

— Алло, — сонным голосом пробормотала она.

— Элла, я вас разбудил?

Она сразу узнала его, сердце подпрыгнуло, но она ведь больше не курица!

— Да, разбудили, а кто это?

— Элла, я хочу извиниться за вчерашнее.

— А, это вы.., герой-любовник! — хмыкнула она, сама себе удивляясь. — Еще минута — и я бы оставила ваш чертов джип без присмотра. А то, знаете ли, в чужом пиру похмелье…

— Прощаю! Всего наилучшего.

И она бестрепетной рукой швырнула трубку.

Но бестрепетной была только рука. Сердце здорово колотилось. У него по телефону такой сексуальный голос… Но мне это не нужно. Я молодец, послала его…

Телефон зазвонил снова.

— Элла, вы заняты сегодня?

— Но вы же в отпуске!

— Кто вам сказал? — крайне удивилась она.

— Разведка донесла, — усмехнулся он.

Странно, подумала Элла, Махотины улетели отдыхать на Сейшельские острова. Это он просто берет меня на пушку.

— Не выдумывайте. И что вам от меня нужно?

— Ну вообще-то многое… Но на данный момент хочу предложить вам съездить за город.

— Погулять по осеннему лесу, в этом году прорва грибов. Вы любите собирать грибы?

— Нет, я не умею. Я выросла в Одессе.

— О, тогда вы, наверное, потрясающая кулинарка.

— Нет, я вообще умею готовить только… — Она хотела сказать «курицу в полете», но произнесла:

— Только картошку с селедкой.

— Как это? — заинтересовался он.

— Очень просто! Варится картошка, и покупается селедка, желательно уже почищенная, знаете, в таких пластиковых пачечках.

— О, в таком случае я приглашаю вас к себе и угощу своим фирменным блюдом. Если понравится, дам рецепт. Чрезвычайно просто и вполне вкусно.

— Дмитрий.., простите, не помню вашего отчества…

— Не надо отчества, просто Дмитрий. Лучше просто Митя.

— Вчерашняя девица называла вас Димой.

— Предпочитаю имя Митя.

— Так вот, Митя. Я завтра ни свет ни заря улетаю, и сегодня у меня еще куча дел.

— Улетаете? — у него упал голос, а у нее екнуло сердце.

— Нет, всего на неделю. Отдыхать.

— И вы не выкроете часок-другой, чтобы попробовать мое фирменное блюдо?

— Уж сегодня точно нет. Мне совсем не улыбается, чтобы в разгар обещанной трапезы в окно влетела еще какая-нибудь балерина на помеле!

— Она не балерина, — засмеялся он.

— Это несущественно. Так что всего наилучшего, Дмитрий!

И она положила трубку уже далеко не бестрепетной рукой. Но была горда собой чрезвычайно.