Курица в полете

Вроде живет-живет, наслаждается домашним уютом, а в один прекрасный день может утечь хоть в замочную скважину, а ты уже расслабилась, привыкла, полюбила свое нэщечко.

— Сколько ему лет? Где-то под пятьдесят?

— Он сказал сорок шесть. А что?

— Просто я думаю, а вдруг он устал, а? Вдруг ему до смерти надоело таскаться где ни попадя?

Надоела неприкаянность, а?

— Ну за два года вряд ли.

— Да ну, какие два года? Думаешь, с Лирой у него был домашний уют? Сильно сомневаюсь.

— Его жену зовут Лира? — вытаращила глаза Элла.

— Представь себе! Идиотское имя! А что ты так удивляешься?

— Машка, у меня в детстве была подружка Лира, это не она?

— Откуда ж мне знать?

— Где-то под сорок, наверное.

— А как она выглядит?

— Ну такая.., маленькая собачка до старости щенок.

— А ты ее отчество знаешь?

— Ну да, Лира Орестовна.

— Блин, это она! Да, уж теперь-то я точно буду держаться от него подальше!

— Почему? Вы что, поссорились?

— Она… Она гадина! Когда я с Витькой спуталась, она такое обо мне говорила… От зависти небось дохла, бледная спирохета!

— Элка! — расхохоталась Маша.

— Она вообще.., подлая! Втюрилась по уши в Вадю-часовщика, целыми днями торчала у его мастерской и в результате осталась на второй год. А обвинила во всем меня! И бабка ее всем рассказывала, что Лирочка из-за моего дурного влияния осталась на второй год. Ну а когда Витька появился, так уж вообще… Нет, все, как хорошо, что я теперь об этом знаю!

Даже близко его не подпущу! Тем более если я появлюсь на телевидении… Она же лопнет от зависти.

— А чего ей завидовать, она сама с экрана не слезает!

— Так она же эта… Зоя Звонарева…

— Зоя Звонарева? — ошарашенно переспросила Элла.

— Конечно, это ее псевдоним! Ты ее читала?

— Попробовала, с души воротит! Но я понятия не имела… На фотографии я ее совсем не узнала!

— Ха! Она делала ринопластику. И потом, она всегда фотографируется со своим любимым попугаем. Так все не столько на нее смотрят, сколько на попугая!

— Господи помилуй! Да… Бывает…

— Ну вот видишь, как глупо было от меня скрывать… Может, знай ты все это раньше, не прыгнула бы с ним в койку.

— Теперь уж точно больше не прыгну. Как подумаю, что он спал столько лет с этой… Фу!

— Просто хочется блевать! Спасибо тебе, Машуня! Мне стало так легко! А давай за ужином шампанского закажем? Повод есть, по-моему.

И последние дни они прожили ничуть не хуже всех остальных — попросту как в раю. А в день отъезда вдруг резко похолодало, пошел дождь, и уезжать было совсем не жалко.