Но даже если бы не испытывала к нему ненависти из-за того происшествия, все равно ненавидела бы за то, каким он стал сейчас. Мальчики взрослеют. Он не повзрослел.
– Я должен был догадаться, что это ты устроил, – внезапно прорычал кто-то, и я услышала, что дверь кладовой распахнулась.
Резко вздохнув, я выпрямила спину. Люди ворвались в комнату, меня схватили за руку и вывели.
Пять минут спустя я стояла в кабинете директора перед его столом, сцепив руки за спиной, в нескольких метрах от Дэймона. Громкий звук пощечины пронзил воздух.
– Она девятиклассница! – рявкнул Кинкейд на парня. – Ты вообще стыд потерял?
Тот закашлял и шмыгнул носом.
– Думаю, я пострадал больше, чем она, – заявил Дэймон, тяжело дыша. – У меня кровь хлещет, как у резаного поросенка. Ты вполне можешь оказаться в моем вкусе, девочка.
Когда он засмеялся, я скрипнула зубами. Не думала, что укусила его настолько сильно. Или это последствия удара в нос?
В любом случае отлично.
– Ты исключен, – огрызнулся Кинкейд. – Мне безразличны угрозы твоего отца.
Рано или поздно мы попадем в проклятые национальные новости из-за тебя.
– Исключаете меня? – с вызовом бросил парень. – Выпускникам это понравится. И время такое удачное. У вас контракт заканчивается. Подождите, пока они не услышали, что вам не нравится побеждать в баскетболе.
Что-то хлопнуло по столу перед нами, отчего я подпрыгнула.
Разгневанная, я закрыла глаза. О боже. Дэймон тот еще тип. И он выиграет. Кинкейд его не отчислит. А все ради богатых, имеющих связи выпускников, которых спорт заботит больше образования.
Когда-нибудь Дэймону придется повзрослеть и понять, что мир не будет преклоняться перед ним вечно.
Для меня это вопрос времени, пока все не зайдет слишком далеко и не придется принимать меры. Тогда я буду вынуждена либо терпеть злость и нападки школьников, если Дэймона исключат из-за меня, либо вернуться в Монреаль. Я не хотела уходить. Тогда точно больше его не увижу. Призрака. Кем бы он ни был.
Но жизнь здесь превратится в ад, когда Дэймон загонит меня в угол и я должна буду дать отпор.
Никто не встанет на мою сторону.
Сглотнув горький привкус во рту, я пробормотала:
– Не утруждайтесь, мистер Кинкейд. Я ухожу из школы.
– Черта с два, – прорычал Дэймон, после чего обратился к директору: – Это было простое недопонимание. Я оставлю ее в покое. Даю вам слово.
– Твое слово… – язвительно усмехнулся мужчина."
"– Я не лгу. – Его голос ожесточился от злости. – С ней все будет в порядке. Клянусь.
