– Ну, так давай, – бросила я с вызовом, – трахни меня. Сделай единственное, что умеешь делать. Все равно ничего другого у меня больше не отнимешь. Мне на все плевать! Забери дом. Забери семью, которая оставила меня здесь с тобой. Забери все мои вещи и заставь уйти отсюда голой! – Рыдания рвались наружу, но я отказывалась дать им волю. – Я с радостью это сделаю, лишь бы убраться от тебя!
Подлетев ко мне, Дэймон обхватил мою шею сзади.
– Ты любила меня.
– Ты не был настоящим, просто притворялся!
Хлестнув по руке, я толкнула его в грудь.
– Тебе не следовало ее убивать. – Я опускалась на самое дно. С моих губ сорвались самые худшие слова, какие только можно было вообразить. – Кроме матери тебя никто никогда не полюбит. Она – единственная, кто хотел к тебе прикасаться, заботиться и быть с тобой!
Он дышал тяжело и прерывисто, словно ему не хватало воздуха.
– Всех остальных тебе придется удерживать в плену! – огрызнулась я. – У тебя нет ничего и никого! Люди на дух тебя не переносят!
– О… о… остановись, – выдавил Дэймон, с трудом вздохнув.
– Пожалуйста, остановись.
– Я ненавижу тебя!
– Уинтер, пожалуйста, не делай этого, – взмолился он. В следующий миг я ощутила, как парень отошел, ударился спиной в стену и сполз на пол. – Пожалуйста, перестань. Просто остановись.
Он хрипло застонал, будто от боли, а я стояла на месте, до сих пор пылая яростью. К глазам подступили слезы, грозившие вот-вот пролиться.
Дэймон вновь едва слышно повторил:
– Пожалуйста, остановись. Пожалуйста.
Я сжала кулаки.
Что с ним такое?
Почему он не умчался из комнаты, не набросился на меня, не швырнул на кровать, как толкнул на пол в «Колфилде»?
Парень лишь сидел и глубоко и тяжело дышал. Через несколько минут он успокоился. Зато я не разжимала рук и оставалась на взводе.
Кто он такой? Кто он такой, черт побери?
Дэймон – робот. Монстр. Лжец.
Твою мать, что мне делать? Что ему нужно от меня?
Он молчал.
Спустя несколько мгновений наконец послышался его печальный и ровный голос:
– Когда мне было около семи, одна из собак отца – ротвейлер – забеременела от дворняги.
Он позволил мне забрать одного щенка. Понятия не имею, что случилось с остальными.
Сглотнув слезы, я все так же стояла наготове, напряженная.
– Никого на свете я не любил больше этого крошечного создания. Он следовал за мной по пятам. – После короткой паузы Дэймон продолжил: – Хотя у него была проблема. Щенок постоянно лаял из-за малейшего шороха, и я не мог заставить его заткнуться.
