Уинтер на ощупь перемещалась от одной дверцы к другой, нажимала кнопки в попытке опустить стекла, в то время как Уилл ударил по своему окну бейсбольной битой.
– Успокойся на секунду! – заорал я на него.
Мы ушли под воду. Если он разобьет стекло, поток быстро затопит салон, а нам нужно было подумать.
Я так сильно надавил на дверцу багажника, что мои мышцы запылали от напряжения.
Черт, черт, черт, черт… Думай.
Проклятье.
С трясущимися коленками я вернулся на переднее сиденье, плескаясь в ледяной воде, и взял на руки дрожавшую Уинтер.
Вода доходила нам уже до груди.
– Сейчас снаружи на окна и двери действует давление реки, – сказал я. – Когда оно сравняется с салоном, нам удастся их открыть."
"– Когда… когда… – Девушка запиналась от дрожи. – Когда оно сравняется?
Холод пробирал до костей.
– Когда машина… полностью заполнится… водой.
– Если она заполнится водой, мы не сможем дышать! – выкрикнул Уилл и слез со своего сиденья. Его одежда и волосы промокли. – Нам не нужно, чтобы салон затопило!
Парень испуганно оглядывался по сторонам и искал выход.
– Дэймон, старик… – Он почти задыхался, пока вода продолжала поступать. – Мы должны… мы должны выбраться отсюда. Я не могу… Не могу…
Уилл начал ощупывать крышу, пытался найти любую лазейку, делая частые, судорожные вдохи.
Повернувшись к нему, я накрыл его щеки ладонями.
– Просто дыши. Доверься мне. Мы выберемся отсюда.
Он посмотрел мне в глаза, теряя самообладание. Его подбородок дрогнул.
– Пожалуйста, не… – взмолился Уилл.
– Пожалуйста, не оставляй меня.
Я стиснул челюсти. На меня в очередной раз нахлынуло чувство стыда от того, что я позволил Тревору сделать с ним.
Если бы с Уиллом что-то случилось той ночью, я бы этого не пережил.
Обхватив заднюю поверхность его шеи, я прижался лбом ко лбу парня.
– Никогда не оставлю, – пообещал я ему.
Развернувшись обратно к Уинтер, я взял ее за руку и заставил ухватиться за мой ремень.
– Ни в коем случае не отпускай, – приказал я.
Напуганная, она дрожала еще сильнее.
Ее глаза наполнились слезами. По мере погружения машины под воду кузов скрипел из-за увеличивающегося давления. Чтобы Уинтер могла дышать как можно дольше, я приподнял девушку.
– Скажи, что любишь меня, – прошептала Уинтер. – Скажи это.
Я посмотрел на нее. Твою мать, эта полоса невезения уже достала. Мы не умрем. Ничего ей не скажу. Мне еще выдастся шанс произнести эти слова. Она может подождать.
Теснее прижав Уинтер к себе, я коснулся носом ее носа.
