И хотя родители Риани по-прежнему работали по профессии – ветеринарами в питомнике модифицированных животных, доход семьи резко упал, и самой девушке пришлось уже с четырнадцати лет подрабатывать на той же ферме. К восемнадцати годам она вполне справлялась с обязанностями берейтора* (Берейтор – тренер лошадей), но оплатить получение лицензии не смогла бы. Без лицензии ей за ту же работу с тем же объемом ответственности платили в разы меньше. Поэтому поработав на корпорацию еще пару лет и накопив финансы для старта в самостоятельную жизнь, Риани с горьким сожалением попрощалась с родителями и улетела на Каравокс за, как она думала, более светлым будущем.
И вот сейчас, сидя в салоне внедорожника, несущегося по просторам Визании, девушка вновь вспоминала свою родную Ирдри, тоскуя по семье, к которой она не скоро еще сможет прилететь в гости.
Но Риани быстро разогнала грустные мысли, стоило им припарковаться на площадке местной фермы. Выскочив из машины, девушка словно вернулась на несколько лет назад в прошлое, на свою рабочую ферму, поэтому дурацкая, но счастливая улыбка наползла на лицо жадно оглядывающейся девушки.
Она и не думала, что после пары лет жизни на Каравоксе будет скучать именно по вот этой простой полу сельской атмосфере.
После приветствия с хозяевами фермы людей провели к загону. Пока Слав возился со своими сумками и техническими штучками, Риани припала к толстым жердям изгороди и замерла, любуясь шерстяными громадинами с оголенными покатыми спинами, которые лениво топтались в другом конце просторного загона.
По профессиональной привычке девушка внимательно следила за поведением этих новых для нее зверей, подмечая разные детали – и в какой очередности они подходят к продолговатой кормушке, и как устраиваются в стороне на отдых, вначале топчась на месте кругом, а затем подворачивая под себя лапы. Эти визанирские гунле совершенно не походили на человеческих лошадей. По форме туши они больше походили на адаптированных овцебыков, только гораздо выше в холке. Удивленная девушка отметила, как один из гунле передними лапами – а это точно были лапы – сделал небольшое углубление в земле, прежде чем улечься.
Спины животных были без шерсти, зато она густыми прядями свисала по бокам туши и внизу, и Риани не могла себе вообразить, каково же ездить на этих животных.
– Нравятся? – рядом вновь беззвучно материализовался Неатан, также опираясь о жердь забора.
– Да! – всё, что смогла выдохнуть Риани, продолжая любоваться внушительными животными.
