Курортное пугало

Наверное, правильно сделала, потому что на дорогах были пробки, и на такси они добирались бы так же долго, как и на автобусе.

– А где здесь поезда? – оглядываясь по сторонам, поинтересовался Гаврик.

– Здесь нет поездов, это автобусный вокзал, – пояснила Люба.

– У, это неинтересно. Я думал, мы на поезде поедем, а то бы не согласился.

– На автобусе еще интереснее ехать, – соврала Люба. – Сядешь у окошка, так что сможешь дорогой увидеть разные города, мимо которых мы будем проезжать.

– А на поезде не увидел бы? – засомневался.

– Поезд быстро едет, толком ничего не рассмотришь, – слукавила Люба.

– Ладно, поедем на автобусе, только чур я сяду у окна.

– Конечно, у окошка сядешь, – сразу же согласилась, лишь бы сын снова не заупрямился.

Сначала Гаврик вел себя шумно: жаловался, что хочет пить, но от чая отказывался, орал на весь автобус, что будет только фанту, и стонал, будто умирающий, что сильно хочет в туалет. На ближайшей остановке пришлось удовлетворять желания Гаврика, чтобы он хоть немного утихомирился – купить ему апельсиновую газировку, которой он запил пирожки и бутерброды с колбасой.

Объевшись и напившись газировки, Гаврик и вправду начал вести себя тише. Поныл немного, что за окошком нет ничего интересного, потом задремал и проспал до утра.

Кто-то, может, и посчитал бы, что Гаврик вел себя невыносимо, но только не Люба. Она-то знала своего сына и понимала, что он очень старался вести себя хорошо, помня об обещанном за примерное поведение смартфоне.

В Москву приехали рано утром. Автобус остановился на Кожевнической, почти напротив Павелецкого вокзала. Люба осторожно потеребила Гаврика за плечо. Он приподнял голову и, сообщив, что не выспался, снова закрыл глаза. Пришлось расталкивать его сильнее и выслушивать ругательства, которые восьмилетний мальчишка вообще знать не должен – их Гаврик перенял у своего друга и конкурента Вовы. Пассажиры, покидая автобус, смотрели на Любу с осуждением, как будто это она научила сына бранным словам.

Когда в автобусе они с Гавриком остались одни, в салон заглянул водитель:

– Заберите багаж, а потом вернетесь за мальчиком.

Люба послушно вышла и вытащила из багажного отделения свои сумки, поставила их на тротуар возле металлического ограждения. Гаврик спал или притворялся спящим, и Любе ничего не оставалось, как попытаться вынести его на руках.