Это будет самый сумасшедший роман в ЕГО жизни… Такой бурный, такой спонтанный и такой короткий… Я с упоением думала о тех знойных ночах, которые нам придется провести вместе…
Неожиданно дверь распахнулась и на пороге гримерной возникла парочка мордоворотов “братской” национальности. Один из них остался стоять в дверях, а другой сел напротив меня и окинул оценивающим взглядом. Я съежилась и поправила полотенце, в которое была закутана. Мордоворот, увидев мои синяки, присвистнул.
– Ты, что ли, сегодня в перестрелку попала? – спросил он, доставая сигареты.
– Я, что ли, – насторожилась я.
– Кто Мазая убил, знаешь?
– Нет. А почему я должна знать? – опешила я.
– Потому что Мазай погиб из-за тебя.
– Из-за меня? – оторопело переспросила я.
– Он накрыл тебя своим телом. Ты что, не поняла?
– Нет, – с трудом выговорила я.
– Еще скажи, что ничего не знаешь. Ты с Мазаем стояла в коридоре и обнималась. Так?
– Нет. Это он меня обнимал, а мне, между прочим, это было даже неприятно.
– Ага, так я тебе и поверил! Влетел какой-то крендель с автоматом и стал стрелять, а Мазай закрыл тебя своим телом и погиб.
Так вот, Мазай – наш очень хороший товарищ, братан, одним словом. Мы хотим знать, что за крендель влетел с автоматом. На нем была черная шапочка с разрезами для глаз. Может, Мазай тебе когда-нибудь рассказывал или намекал чего о своих врагах? Может, ты знаешь, откуда ветер подул?
Я вытаращила глаза и боялась пошевельнуться. От страха замирало сердце.
– Ребята, вы меня с кем-то перепутали. Я сегодня утром из Москвы прилетела.
У меня даже билет сохранился. Я вашего Мазая в глаза никогда не видела. Я к Катьке прилетела, послушать, как она поет. Хотела выйти в туалет, так этот самый Мазай перегородил мне дорогу… А затем автоматная очередь, и все… Я даже не видела, кто стрелял. Он просто упал сверху, и все.
– Он не упал сверху. Он закрыл тебя своим телом, – поправил меня мордоворот. – Это большая разница.
– Да это вам так показалось. Какого бы черта он меня прикрывал? Кто я ему? Он бы наоборот использовал меня как живой щит.
Просто так получилось.
Вернулась Катька с бутылкой виски. Мордоворот, стоящий в дверях, попытался вытолкать ее обратно, но Катька настырно прорвалась и встала посреди комнаты. Посмотрев на стоящего у двери мордоворота взглядом, полным ненависти, она уперла руки в бока и сквозь зубы процедила:
– Ты какого хрена меня в мою родную гримерку не пускаешь?!
– Да нам немного с твоей подругой потолковать надобно, – оправдываясь, произнес браток.
