– Я ни на кого не работаю, – резко ответила я. – Просто я попала в такое дерьмо, что мне очень трудно оттуда выбраться. Ты замечательный мужчина, и нам было здорово вместе. Это был прекрасный курортный роман, и мне очень жаль, что у этого романа такой печальный конец. Извини, Олег, но я должна тебя разорить.
Олег уставился на меня ничего не понимающим взглядом.
– И каким же образом ты собираешься это сделать? – спросил он."
"– Самым обыкновенным. Хочешь, я достану пистолет и буду держать тебя под прицелом?! Хочешь, достану гранату и начну тебя пугать?! У меня осталось очень мало времени, и ты должен отдать мне эти чертовы бумаги!
– Дура! – разозлился Олег и стал трясти меня за плечи.
– Ты что, совсем конченая дура? Ты хоть понимаешь ценность этих бумаг? Забудь про них, поняла?!
– Хорошо, я забуду, – словно в бреду сказала я и отодвинулась от Олега. – Я забуду. Только сейчас я поймаю такси и поеду в милицию, чтобы написать заявление о жестоком изнасиловании. Все мое тело в синяках, анализ спермы – пожалуйста.
Даже огнестрельное ранение и то есть. Так что не видать тебе Германии как своих ушей. Ты только представь, сколько тебе за это дадут! Я сыграю роль несчастной, обманутой женщины!
Олег подполз ко мне, взял меня за плечи и заглянул в глаза:
– Зачем тебе это нужно?! Ты не увидишь этих бумаг. Забудь.
– Тогда ты окажешься за решеткой. Я встала, быстро надела платье и крикнула голосом победителя:
– Вот видишь, у меня даже трусов нет! Скажу, что ты их разорвал! От такого менты вообще одуреют!
Олег подошел к своей одежде, спокойно оделся и вдруг вытащил из кармана пистолет.
Быстро схватив свой пакет, я бросилась со всех ног в сторону шоссе. Олег побежал следом и уже через несколько секунд сбил меня с ног. Я попыталась встать, но тщетно. Олег крепко держал меня.
– Пусти, ненормальный! – кричала я. – У меня пакет с гранатой. Одно неловкое движение, и она взорвется! У нас же дети…
Олег сел на меня сверху так, что я не могла пошевелиться. Ткнув пистолетом мне в затылок, он снял его с предохранителя и жестко сказал:
– Отодвинь пакет с гранатой в сторону, иначе я стреляю.
Я никак не отреагировала на его слова, я продолжала прижимать пакет к себе.
– У тебя что, со слухом плохо, придурочная?! Я же, ей-богу, тебя сейчас убью. Ты кого хочешь из себя выведешь. У тебя дочка совсем одна останется. Мало того что у нее отца нет, так еще и матери не будет.
Услышав последние слова, я откинула пакет в сторону и расплакалась.
