Если бы ты не вляпалась в какую-нибудь историю, то это просто была бы не ты. Я тебе нужен, только я, хоть изредка, могу тебя тормозить. Как только я поговорил с тобой по телефону, так сразу понял – надо ехать.
– Господи, ты сумасшедший, – прошептала я.
– Если кто из нас и сумасшедший, так это ты, – обиделся Димка. – Как поживает твой курортник? – спросил он чуть слышно, закуривая.
– Никак.
– Что значит – никак?
– Просто никак, и все. Он сам себя убил.
– Он не выдержал твоего темперамента и твоей необузданной страсти?!
Я не ответила и отвернулась.
Катька дала Димке знак, чтобы он не донимал меня лишними разговорами. Послышался звук подъезжающей машины, и я бросилась на улицу. Темно-коричневая иномарка остановилась у самого входа. Открылась задняя дверь, я быстро села в машину и помахала перепуганным Катьке и Димке рукой. Чтобы не видеть сидящего рядом мордоворота, я закрыла глаза.
Мне почему-то вдруг вспомнились мои тяжелые роды. Врачи не верили, что я останусь жива… Несколько суток я лежала в реанимации и понимала, что медленно умираю… Я не могла бороться за жизнь, потому что сил уже не было.
Потом вспомнился мой бывший муж, который каждый день бегал ко мне в родильный дом и заваливал меня огромными букетами роз. Он безумно радовался рождению дочери и прослезился, когда взял ее на руки в первый раз. Когда дочь немного подросла, он почему-то перестал радоваться и с каждым днем отдалялся от нее все больше и больше… Я тогда пыталась понять, почему в чужих семьях все совсем по-другому… Со времени нашего развода муж ни разу не поинтересовался дочерью и, наверно, уже давным-давно забыл о ее существовании.
Эта обида осталась внутри меня, хотя со временем я научилась воспринимать вещи такими, какие они есть.
Как только мы подъехали к вилле Глобуса, я выскочила из машины. Меня чудовищно трясло, и я шла словно? пьяная. Как и в прошлый раз, Глобус сидел у бассейна. Он был без рубашки, в огромных разноцветных шортах. Увидев меня он, расплылся в улыбке и пригласил сесть рядом.
– Давненько не виделись. Угощайся виноградом. В Ялте самый вкусный виноград, попробуй.
– Где моя дочь?! – спросила я и постаралась унять нарастающую дрожь.
– Ты даже не поздоровалась. Это неприлично. – Глобус стал засовывать себе в рот по одной виноградинке.
– Где моя дочь?! – повторила я свой вопрос и поняла, что уже не могу себя сдерживать. Если этот придурок не ответит, я вцеплюсь ему в горло и задушу его к чертовой матери.
– Твоя дочь в надежном месте.
