Онлайн-библиотека книг
Незаменимый мастер гитарных дел до сих пор был жив. Да что жив, он по-прежнему пахал на заводе. Вот было же поколение! И фашистов били, и трудовые подвиги совершали…
— Петрович! Привет, дорогой! — я шагнул и принял встречные объятия своего бывшего наставника. — Ты когда на пенсию-то свалишь уже?
— Три раза провожали, — отмахнулся мастер. — Все как положено, с водкой, баяном и Машкой из бухгалтерии. Та, как выпьет, так на столе под баян такие кренделя отплясывает, что юбка до ушей задирается. Да только не ушел я, вот все работаю.
Глава 7
— Спасибо, Петрович, за предложение, но у меня маленько на другое руки заточены.
— Руки — это от скуки, а для другого они не нужны, для этого бабы есть. А вообще, да, ты прав. Помню, как ты гитару мне во время склейки запорол, аж гриф повело. Да не одну запорол, а оркестр целый загубил.
— Каждый должен заниматься своим делом, — улыбнулся я. — Кто преступников ловить, кто-то Машку с бухгалтерии тискать."
"— Расскажи хоть, как служба? — мы отошли в тенек под дерево, и Петрович закурил газетную самокрутку, прищуривая один глаз от едкого дыма. — Чай лейтенант уже? СтаршОй небось?
— Обижаешь, капитан давно.
— Поди ж ты… Когда только успел? А сюда че приперся? Только не говори, что меня уважить, старика проведать.
— Да и не скажу. Жил без твоего ворчания и дальше проживу, — дружески усмехнулся я.
— Эх, дать бы тебе подзатыльника доброго, но не мой подмастерье ты более.
— Ага, еще и при исполнении, замахнись только, вмиг в каталажку упеку, не посмотрю, что фронтовик.
Мы болтали, подкалывали друг друга без всякой злобы, делясь впечатлениями о прожитых «в разлуке» годах. Петрович докурил, а я перешел к делу.
— Про Черпакова слышал?
— Эх… Жалко мужика, — кивнул мастер. — Хоть и никчемный был человечишка, но мужик видный был, любили его бабы, — Петрович понизил голос, отплюнув прилипшую к губам махорку.
