Курсант: Назад в СССР 13

— Да у меня есть зажигалочка, к ней привык, — проговорил Артемий и достал из кармана широкого пиджака золотистую зажигалку, явно импортного производства, необычной цилиндрической формы. Ловко зажег конфорку и сел на табурет рядом с Настей.

— Настя, — проговорил я. — Сходи, пожалуйста, в зале цветочки полей.

— Прямо сейчас? — недоуменно нахмурилась девушка.

— Потом опять забудем. Засохнут. Лучше сейчас, пока помню. Света все время про них забывает, да и я тоже…

— Ну ладно, — девушка встала и взяла с подоконника пластмассовую лейку, в которой уже отстоялась вода.

Настя вышла из кухни, а я впился взглядом исподлобья в гостя:

— Тебе чего надо, Тёма?

— Так ты это… Самое… Сам меня позвал чай пить, — втянул голову в плечи бухгалтер.

— Я не про сейчас, я про вообще… Какого рожна ты здесь делаешь? Только не говори, что на чай пришел и музыку слушать.

— Так в гости заскочил.

— Так я тебя не звал, — в тон ему, издевательски ответил я.

— Чего так? Самоваров больше других не нашёл? Или не пускают тебя на свадьбы? Просекли твою схему…

— Да как-то не ходил я больше… Надоело.

— С чего это вдруг? — наш разговор напоминал допрос.

— Сам не пойму, Андрей… Слышь? Как вот тогда с Настей… Это самое… Ну… на втором этаже «Волны».

— Да понял я, и что?

— Ну и все… Как отрезало. От других отрезало.

— Мне-то только не звезди, — процедил я. — Скажи еще, что влюбился, донжуан в полосочку.

— А может, и влюбился! — с некоторым вызовом проговорил Артемий, даже на табурете заерзал.

— Не запрещено, — хмыкнул я. — Но ты слишком уж быстро переметнулся из стана ловеласов в женихи… Серьезный шаг. Не верю я тебе, Тёма, как синоптикам.

— Уф… Что сказать? — вздохнул Артемий. — Красиво я говорить не умею, одно хочу до тебя донести… Понимаешь, я словно заново родился. Чувствую себя щеглом… пацаненком зеленым. Веришь, нет? Да я за Наську! Э-эх!

Гость хлопнул кулаком по столу, чайная ложечка в его кружке жалобно звякнула.

— Не верю… — веско повторил я.

— Ну и зря, Андрей Григорьевич. Я человек простой, как есть, так и говорю.

— Короче, щегол ты наш пестрожопый, Настю обидишь — из-под земли достану. Усёк?

И посмотрел на него, как мог, значительно. Тоже мне, говорить он не умеет, а на свадьбах соловьём заливается.

— Чем хошь поклянусь, Андрей, ни волоска не трону, если сама только не захочет.

— Тронул уже, и не только волоски.